Рассказ о событиях начала Великой Отечественной войны политрука батареи артиллерийского полка Николая Ивановича Москвина, полк которого западнее Витебска попал в окружение и долгое время сражался в тылу врага.
...Когда рассвело, я открыл глаза и, не поднимаясь, убедился, что мы со всех сторон хорошо прикрыты. Надо 6ы, конечно, выставить часового, да жалко будить — все спят, разметавшись в траве.
На магистрали опять слышался приглушенный расстоянием шум моторов. Сознание моё вновь погасло.
Через какое-то время ребята растолкали меня. Они сидели на земле, напряженно во что-то вслушиваясь и явно к чему-то готовясь. И вдруг сквозь стволы и сухие ветки ельника пробилась маленькая легковая автомашина. Она медленно продвигалась по просеке, которую ночью мы не разглядели, и, поравнявшись с нами, остановилась. Первой мыслью было — бежать. Но куда? Сознание подсказало: нас выследили и обложили. Открылась дверца, из машины вышел улыбающийся немец-шофёр, потянулся, что-то весело прокричал. Затем в эти же дверцы шофёру стали подавать гусей — одного, другого, третьего... Он принимал их и бросал на землю, и, связанные, они так трепыхались под ёлочками, так бились, что опавшая хвоя летела нам в лицо.
Из машины вылезли ещё два немца.
...Только потом, когда прошло какое-то время, и мы осознали случившееся, ребята утверждали, что я скомандовал: «Не стрелять! Взять бесшумно!» Я этого не помню. И я не знаю, откуда y нас взялись силы, откуда возник этот единый порыв.
В короткой свалке — именно в свалке, a не в схватке — с немцами было покончено. Обалдевшие, они не успели даже крикнуть.
Всё это было настолько неожиданным для нас самих, что, даже не заглянув в машину, мы стали уходить по лесу на север, удаляясь от шумевшей позади магистрали. Вскоре лес кончился, перед нами оказалась обезлюдевшая деревня. И тут мы вспомнили о трофеях, быстро вернулись назад, обшарили машину, взяли две винтовки и автомат, подобрали притихших гусей, в ранцах нашли консервы, хлеб, сигареты, соль. Поджечь машину мы побоялись — дым могли заметить с магистрали — и, порвав провода на моторе, снова двинулись в путь.
При свете дня, держась кустов и низинок, мы достигли Волоковского леса, километрах в шести от нашего ночлега. Хлеб по дороге был съеден, a за консервы взялись уже в чаще. Гусей жарили на костре поздним вечером.
Это были дни, типичные для «судьбы солдат, выходивших из окружения». Они не выглядели героически, и не для того я рассказываю этот эпизод, чтобы подчеркнуть какие-то особые наши моральные качества. Гораздо важнее понять, каким образом непредвиденное, неожиданное уничтожение трех оккупантов заставило всех нас как бы пересмотреть свое единственное стремление во что бы то ни стало попасть на фронт! Теперь совет старика-председателя идти партизанить, казался нам более убедительным и мудрым.
Насытившись первыми в жизни трофейными продуктами, мы долго сидели y догоравших углей костра. Страх прошёл, но нервное возбуждение ещё оставалось. Наперебой мы делились впечатлениями от столь неожиданной удачи, непрерывно пересказывая друг другу, как все это было: кто душил, кто колол, кому вывихнули палец, а кому немец чуть не откусил нос. Дневная «баталия» заслонила всё, что каждый из нас пережил за последние четыре месяца и за трое суток, проведенные между рекой и дорогами.
Итак, мы пришли к выводу, что воевать можно и нужно здесь. Простая истина: в немецкой армии сегодня стало на три солдата меньше! И эти трое уже не убьют ни одного советского человека!
Благодарю, что дочитали до конца!
Подписаться на канал можно здесь: "Партизаны"
Буду Вам очень признателен, если поделитесь этой статьёй в своих соцсетях (нажав на логотип соцсети), чтобы и другие люди могли узнать больше подробностей о героических подвигах Советского народа во время Второй мировой войны в борьбе с фашизмом и за свободу своей Родины в тылу врага.