Расскажу о человеке, который нашел возможность достаточно криминальный способ заработка сделать относительно безопасным и вполне вписывающимся в действующее законодательство.
Был 1998 год. Меня попросил друг поставить и настроить программное обеспечение одному своему знакомому. Тот заехал за нами на старом УАЗе, так как жил он далеко за городом. Заглянув в машину, я увидел там десяток больших бидонов и почувствовал очень специфический запах, который спутать ни с чем невозможно - запах самогона. Естественно, я наотрез отказался садиться в машину. Дело в том, что это были как раз те времена, когда мафиозная группа, находящаяся у власти, видимо, отхватив большой кусок государственной алкогольной промышленности, решила не делиться с другими мафиози и ввела грозное табу на производство паленой водки - так называемую государственную монополию. В то время всевозможные органы гонялись за производителями паленки, как СМЕРШ в годы войны за немецкими шпионами. Естественно, тогда лучше было оказаться замешанным в государственной измене, чем влипнуть в алкогольное дело.
Хозяин УАЗа долго клялся мне, что ни в какое дело мы с ним не попадем и наконец рассказал о своей просто-таки гениальной схеме реализации самогона.
Дело в том, что в 70 километрах от нашего города находится огромный полигон для разного рода отходов. А рядом когда-то давно начали строить какое-то предприятие, но скоро бросили. Недостроенные корпуса облюбовали бомжи. Их там проживает в разные времена года от 3 до 10 тысяч человек. Кормятся они основном со свалки, собирая и сдавая в пункты приема стеклянную посуду, бумагу и металл. Собиратели эти делятся на касты по видам собираемого сырья. Чтобы попасть в ту или иную касту, нужно заплатить своеобразный вступительный взнос в размере от 500 до 5000 рублей. Следовательно, и доходы от этого занятия немаленькие.
Теперь - главное. Практически все деньги эти люди тратят на водку. Зимой стакан водки каждые полчаса спасает от жуткого холода, а в остальное время алкоголь, затуманивая сознание, не дает сойти окончательно с ума. Выпивают алкоголя они огромное количество - это для них жизненно необходимо, как обезболивающее для раковых больных.
Наш знакомый каким-то образом установил контакт с их главарями и взялся поставлять им самогон, который сам же гнал в своем сарае. Водка в то время начала дорожать, да и не всегда бомжа пустят в магазин. А самогон продавался значительно дешевле, да и о его качестве можно было особенно не заботиться - главное, чтобы крепкий был.
Два раза в неделю этот мужик отвозил на полигон 200-300 литров самогона. До этого он был фермером - еле концы с концами сводил. А тут за пару-тройку месяцев раздал долги, погасил банковский кредит, машину новую купил, дом начал строить. На мой вопрос об опасностях общения с покупателями мужик красноречиво продемонстрировал двухстволку двенадцатого калибра, заряженную картечью. Несмотря на полностью пропитый разум, любой бомж живет инстинктом самосохранения, который в нем развит сильнее, чем в любом из нас. Так что на ружье он не попрет.
Вся эта схема интересна тем, что полностью выпадает из поля действия законодательства и при небольших предосторожностях не грозит никакими осложнениями со стороны государства, налоговых органов и т.д. Законов никаких не нарушается, ведь о бомжах в законодательстве ничего нет, явления этого наши законодатели не замечают. Все дело шито-крыто. Даже с моральной точки зрения нет ничего из ряда вон выходящего. Ни один человек из той колонии к нормальной жизни уже не вернется, а алкоголь помогает им переносить их жизнь. Наш знакомый лишь наилучшим способом удовлетворяет эту потребность и получает вполне заслуженную прибыль. Конкуренции нет - никто больше с бомжами связываться не рискует. Нет возможности засыпаться на поиске новых клиентов - продажа всегда оптом и, что называется - в одни руки.
Вот так неплохо устроился бывший фермер. До тех пор, пока экономика в государстве не придет в норму, подобные формы бизнеса будут гораздо эффективнее традиционных.
