«Проходите, мои хорошие! Тапочки надевайте, а то полы у меня холодные, простудитесь!» - приветствовала нас Антонина Семеновна или просто баба Тоня, как называют ее жители нашего маленького городка.
Старушка лет семидесяти пяти, в застиранном халате, вышла к нам, набросив на голову местами прохудившийся шерстяной платок.
- Что такое стряслось? Вы когда позвонили, что приедете, я вся испереживалась!
- Да вот, Сашка плохо спать стал. Просыпается, вздрагивает, плачет. «Боюсь»,- говорит. А чего боится, выпытать у него не можем.
- Это испуг называется, - объяснила баба Тоня. - Такое у детей часто бывает. Ко мне со всего города с испугом детишек привозят. Вам надо будет три дня подряд ребенка водить, с одного раза лечение не поможет.
- Ну садись, мой хороший, - она усаживает Сашку на стул и, читая молитву, выливает над его головой нагретый воск в чашку с водой.
- Вот, посмотрите, что отлилось! - зовет нас баба Тоня.
- Мам, так это же собачка! - удивленно подскакивает со стула хранивший молчание до этого момента сын. -Вот туловище, вот уши, а вот хвостик! На таксу похоже! Это я ее что ли испугался? - сосредоточенно морщит он лоб.
Заглянув в чашку, я обомлела: в воде плавала восковая собачка, хорошенькая, как настоящая. Вытянутое тельце, длинные уши, как у таксы и коротенькие ножки. И тут меня вдруг осенило. Примерно неделю назад, выходя из магазина, мы встретили мужчину, который выгуливал на поводке очаровательную таксочку.
-Ой, какая милая! А можно ее погладить? - обрадовался сын.
-Конечно! - радушно ответил хозяин. Но стоило Сашке протянуть руку, как собачонка, клацнув зубами, укусила его. Не до крови, к счастью, просто чуток поцарапав, но этого хватило, чтобы Сашка испугался и громко зарыдал.
- Я больше не люблю такс! Они все злые! - всхлипывал он.
- А я тебе что говорила? Что пока тебя какая-нибудь псина не тяпнет, ты не успокоишься!
Почему ты все время к ним пристаешь? - чувствуя свою вину за то, что разрешила погладить собаку, запричитала я. Этот диалог мигом пронесся у меня в голове.
-Спасибо Вам, баба Тоня, я уже и думать забыла про ту историю, а Сашка, выходит, сильно испугался, - благодарила я бабушку.
- Вы обратно-то поедете, осторожнее там, в дороге. Я вам яичек положила, берите, не стесняйтесь, у меня все натуральное, не то что в магазине — один сальмонеллез!- засуетилась баба Тоня, когда мы собрались уходить. -
И конфетки вам дам, а то мне все несут, а куда старухе столько? Мне одной их все не съесть.
-Такое чувство, что к бабушке родной в деревню приехал, - растрогался муж. - Прямо уезжать не хочется.
Баба Тоня стояла на крыльце в телогрейке и своем стареньком платочке, провожая нас. Перекрестив отъезжающую машину, она не спешила уходить, и еще долго смотрела вслед.