Реально утомляет нежелание неглупых людей видеть, в чем разница между Наамой и другими заключенными, сидящими в других странах.
1. Есть люди, нарушившие законы других стран. Эти законы могут казаться нам жестокими, но увы, не мы их устанавливаем. И Нааму бы никто не выделил из общей массы (вспомните, что несколько месяцев, пока шло дело, о ней не было слышно - преступила, попалась, адвокаты работали, что поделать), если бы ей неожиданно не добавили еще одну статью, с очень спорным обоснованием (мнения юристов разошлись), по которой потом взвинтили срок до небес. Не суровость приговора сама по себе - а то, как и ради чего ужесточили ей этот приговор, и насколько он стал демонстративно абсурден - отличает ее от других.
2. Второе (главное) отличие в том, что за других 628 заключенных (или сколько их там) президенты их стран не торгуются. Нормальные государства людьми не приторговывают (сделки по обмену шпионами не в счет). В тот момент, когда начат торг, она стала заложницей - и это отличает ее от прочих арестантов. Ради этого торга ей было ужесточено наказание - и это ее отличает от других. Это перевело ее из категории "других арестованных" в компанию к заложникам, удерживаемым ХАМАСом или, например, угандийским диктатором Иди Амином.
Что касается "почему Израиль не вызволяет других" - жаль, что не вызволяет из тех стран, где условия содержания в тюрьмах не выдерживают никакой критики. Хорошо если бы кто-то занимался и этой проблемой. Но это - другая история. Совсем другая.
Больше спорить не буду, поскольку никого переубедить не смогу, видимо. Тут уже все на грани эмоций, обид и комплексов, такое фактами не перешибешь.