Во французском городе Лионе есть одна ветка метро, которая ездит без машиниста. Там очень волшебно усесться на самом первом ряду первого вагона и смотреть, как на тебя надвигается тёмный тоннель. Ощущения просто космические.
Однажды мы с приятелем не нашли, где переночевать, денег особо не было и под утро, как открылось метро, мы запрыгнули в этот первый ряд и сладко заснули. Поскольку линия была автоматической, то после последней станции поезд заезжал в тупик и ехал обратно.
На второй круг мы проснулись от весомых тычков по плечам и ногам. С трудом разлепив глаза, я понял – это конечная станция, окраина города, арабский район. Шесть здоровенных и весёлых арабов тыкали, щупали нас, что-то лопотали по-французски, один из них бесцеремонно ковырялся у приятеля в рюкзаке.
Странно, вот иногда происходит что-то вроде бы опасное, и мозг вопит тебе: «Тревога!», а тело такое расслабленное, как будто оно лежит отдельно от мозга, жарится на пляже и ему очень спокойно и хорошо, и плевать на истошные крики какой-то там новой коры…
В таком состоянии я сонно наблюдаю, как мой приятель делает откровенную глупость – он вскакивает и начинает говорить парням что-то задабривающее, его поза и интонации выдают в нём страх, он подходит к главному из арабов, хлопает его рукой за плечо, трясёт, говорит: «Са ва, са ва!» - то есть – «всё хорошо», а главный смотрит на меня.
И я смотрю на него.
Поезд трогается, мы едем в тупик, потом обратно, а мы всё смотрим. Я так и не встал с сидений, мой рюкзак удобно лежит под головой, один из арабов, потянувшийся к нему, получил по руке, и больше никто не пытается повторить его манёвр. Постепенно все движения останавливаются, арабы и мой приятель молча выстраиваются вокруг меня кружком и ждут.
Ленивое и какое-то ледяное спокойное состояние не проходит. Я медленно сажусь и спрашиваю у главного: «Ду ю спик инглиш?». Он дует)). Мы немного общаемся, знакомимся, я говорю, что русский, он говорит, что это опасный район, и советует больше в него не заезжать без особой нужды. Чувствую к нему прямо такую теплоту, и ребята галдят совсем по-другому – дружелюбно, по-свойски. В общем, чуть не обнимаемся…
Через пару остановок ватага выходит, и главный – Матье – говорит мне так же, по-английски: «Скажи своему другу, что он - придурок». Я сказал, мне не жалко))
К чему вся эта история из далёкого прошлого начала двухтысячных?
Наверное, главное, что мне хочется сказать, это то, что когда не стараешься произвести впечатление, а просто стоишь на своём – и это действительно твоё место, то всё окружающее не просто подстраивается под тебя, но и делает это с уважением и даже с удовольствием. Очень много проблем возникает от того, что один человек пытается – из страха или потому, что иначе не умеет – понравиться другому, и это всегда чувствуется и всегда приводит к потере чего-то очень важного.
Например, в молодой семье, когда во имя «любви» муж и жена стараются не замечать то, что не нравится, беспокоит, с чем не согласны – мол, как-нибудь потом, притрёмся… В итоге оба притворяются не собой, а кем-то другими, и когда сил притворяться больше не остаётся – чаще всего это происходит после рождения ребёнка, который мгновенно съедает все свободные силы – они чувствуют себя совершенно чужими друг другу.
И в своих семейных консультациях я часто повторяю один вопрос: «Кто живёт вашу жизнь, и с кем живёт ваш партнёр, если вы стараетесь быть кем-то другим?»
Правда – это то, что есть. Поэтому однажды она всегда проявится: в нас, в ситуациях, а в её отсутствие всё портится и путается.
Ведь человек – он есть. И он – такой. И я – такой. И ты. И это факт. А игнорирование или отрицание фактов неизменно приводит к психическим расстройствам и заканчивается плачевно…
Поэтому давайте признаем: мы – вот такие. И предъявим этот очевидный факт всем тем, кто заявляет, что мы им важны. И дадим им, наконец-то, чудесный выбор: узнать нас настоящих либо разорвать с нами все контакты.
Надо же когда-то делать приятное любимым людям )))