Иоганн Себастьян Бах — не просто композитор. Он — не просто культурное явление. Он — даже не эпоха. Иоганн Себастьян Бах — точка невозврата на маршруте истории музыки. Есть музыка до Баха, есть музыка Баха и есть музыка после Баха.
Очень редко кто-то из меломанов забывает упомянуть его в числе своих любимых композиторов. Но, говоря о его наследии, невозможно не акцентировать внимание на конкретных исполнителях, вдохнувших жизнь в лаконичные рукописи Баха. У всех они звучат по-разному, и каждый Бах по-своему интересен.
Примерно с середины 20 века стала расти популярность аутентичного исполнения музыки Баха — своеобразной реконструкции с использованием исторических инструментов и приёмов игры. Сейчас это почти что мейнстрим.
Параллельно развивалась и другое отношение к творчеству Баха — смелые и зачастую слишком вольные трактовки больших музыкантов, не скованных рамками аутентизма.
Среди культовых пианистов — «специалистов по Баху», имена которых хорошо известны широкой аудитории, первым на ум приходит великий Гленн Гульд. Особый интерес у любителей музыки также вызывают прочтения Святослава Рихтера.
На записях Гленна Гульда отчётливо слышно как он мастерски «препарирует» нотный материал, заставляя каждый голос не только звучать своим тембром, но и жить собственной жизнью. Его рояль звучит как ансамбль, составленный из великолепных музыкантов. Гульд демонстрирует нам величие Баха, его композиторский масштаб.
Рихтер довольно разнообразен в своих прочтениях. Но неизменной остаётся их эмоциональная составляющая — очевидное «использование сердца» в математически строгих баховских текстах. Рихтер преподносит нам совершенно иного Баха — не лишённого романтизма.
Но время не стоит на месте. Всё меняется. Меняется и Бах. И помогает ему в этом новое поколение музыкантов, одним из ярчайших представителей которого я осмелюсь назвать молодого исландского пианиста Викингура Олафссона.
Его трактовки отличаются мягким изяществом, невесомостью, не лишённой красоты и глубины простотой. Его эмоции строго упорядочены, но не спрятаны, а прикрыты спокойствием вечности. Викингур Олафссон не просто интерпретирует Баха, но как будто транслирует его.
Но это не голос, звучащий из глубины веков. Бах Олафссона — наш современник. Слушая его записи, иногда трудно поверить, что эта музыка была написана 300 лет назад. Исполнение исландского пианиста красноречиво доказывает, что постоянное обращение к творческому наследию Иоганна Себастьяна Баха — это не дань традициям, а неподдельный интерес музыкантов и слушателей к актуальному искусству.
Убедитесь сами (видео с канала Deutsche Grammophon):
