Мидо снова стал жить дома. Он был идеален. Окружил меня заботой, вниманием и нежностью. В любую свободную минуту он приезжал домой. О его прошлом мы решили забыть.
К женщинам с фотографий я не испытывала ничего: ни ненависти, ни ревности.
Они были, теперь их нет в его жизни, он выбрал меня и семью.
Теперь всем туристам, зашедшим в магазин, меня представляли как любимейшую жену, счастье всей жизни, сообщалось, что мы ждём ребёнка. Друзьями рассказывались моменты, когда некоторые дамы приглашали Мидо встретиться, и как он в страхе бежал от них и даже пару раз был груб, невзирая на ущерб от не сделанных покупок.
Однако, пробудившийся разум, хоть и проигравший в споре с сердцем, стал собирать информацию, всё подмечать, отслеживать на кого из видимых мной людей, если что, можно было бы рассчитывать и в какой степени. Мои наблюдения на этот счёт были весьма неутешительны.
Хургаду наполняли близнецы-братья.
Тот, кто производил неплохое впечатление при невнимательном рассмотрении, теперь был замечен веселящимся в компании друзей над чтением смсок от многочисленных возлюбленных. Приятный парень, работающий в шоу с кобрами, который недавно рассказывал о безумной любви к русской жене, которая скоро приедет, был замечен с молоденькой немкой в весьма тёплом общении; солидного вида и возраста хозяин магазина, у которого я бывала дома и знакома с женой-египтянкой и двумя чудными детишками, с кем только и где только не был замечен....
Картина была просто удручающей. Я не могла поверить, что это тот самый город, который казался мне таким добрым, таким милым и доброжелательным, наполненным честными тружениками.
Я замечала ссоры из-за комиссионных, договорённости о приводе клиентов, враньё о товаре, экскурсии, продаваемые в 2 раза дороже (по дружбе, только для тебя), а цену их я знала точно.
Видела город, где лав-стори и ложь - образ жизни, предмет гордости и хвастовства. Отсюда надо было уезжать, семьи нормальной тут быть просто не могло. Улыбаться мерзавцам мне уже не просто не хотелось, а было невмоготу.
Мидо полностью со мной соглашался и было решено перебраться в Каир или в Александрию. Вот только подзаработать немного в Хургаде, а то на что жить-то?! Работу в некурортном городе найти трудно, а зарплаты мизерные. Пара сезонов и можно будет уезжать. А пока мы будем присматривать жильё (если в Алексе), Мидо попросит знакомых и те начнут подыскивать ему работу.