Деревня наша, появившаяся в таежной глуши во времена столыпинского переселения народов в Сибирь, была небольшая, всего в одну улицу, но дружная. Что бы не происходило у кого на усадьбе - сразу обсуждалось у деревенского сельпо. Поэтому неудивительно, что к обеду у магазина собралась стайка женщин, и о чем то эмоционально переговаривалась. Оказывается утром Райхан опа, увидела на своем дворе маленькие детские следы.
Деревня в одну улицу, но дома поставили далеко
от края дороги. И широкая улица заросла низкой травой с желтыми шариками на веточках. Лишь где- нибудь у забора растет невысокая крапива, с маленькими листочками, жгучими до ужаса. Не дай боже, босыми ногами зацепить кудрявые веточки. Ребятня то у нас с мая по сентябрь бегает босоногая по деревне. Во дворах от крыльца дома до хозяйственных построек у многих проложены тротуары из широких, некромленных плах. И ходить удобно, и чисто - подмел метлой и все. А поскольку дворе сентябрь, и утром наступили неизбежные в это время заморозки, то плахи , пока солнце не поднимется, по утрам покрываются серебряным куржаком, на котором темными силуэтами четко видны следы домашней живности и хозяев. У Райхан опы живности не было, но утром она неожиданно для себя обнаружила, что к ней приходили гости - на досках густо темнели отметины следов. Надо сказать, что внуки, у старушки давно выросли, и второе лето к ней не появлялись. - Учатся в далеком городе,- гордо сообщала она соседкам. Дед, приболевший, второй день не выходил из избы, с трудом добирался до кухни и сидел там часами. Сама же Райхан опа шустро бегала в магазин, и общалась с соседями. На следы бы бабушка не обратила внимания - мало ли, чья собака пролезла под воротиной и обнюхивала закоулки их небольшого дворика, но дед, заинтересовавшись выбрался на крыльцо и с удивлением уставился на ступеньку, на которой уже таял под поднимающимся солнцем иней.
-А это ребенок бегал,- проговорил дед. - Какой такой ребенок - не поняла старуха. - Маленький, - дед махнул неопределенно рукой себе в районе колена, слегка нагнувшись. Тут и бабка приглядевшись, поняла, что это совсем не собачьи следы, а маленьких человечьих, босых ножек.
- Это у кого ж маленький босиком то в холодное утро по улице бегает. Задумалась старуха. Однако на ум ничего не приходило. Многих уже из деревни забрали в город родители от бабушек - дедушек, а у живущих в деревне, маленьких таких не было. Самый меньший Вацил, нынче пошел в первый класс, но у того нога, как лаптя, догоняла размер его матери . Та сама хвалилась в местном сельпо, покупая сыну резиновые сапоги.
Поэтому не удивительно, что уже к обеду женщины обсуждали эту незамысловатую новость. С одной стороны, в деревне мелких не было, это доподлинно было известно, поскольку счастливая бабушка Минзиля только вчера проводивщая дочку с зятем и двоими внучатами трех и четырех лет на поезд, стояла тут же. А больше с маленькими в деревню этим летом никто не приезжал. Оснований не верить Райхан -опе у женщин не было. Бабушка, хоть и шустро бегала по деревне и была остра на язык, в склонности придумывать и преувеличивать замечена не была. Бабы обсудив новость, но не придя к каким либо выводам, разошлись по домам - хозяйственные дела ждать не будут.
На следующее утро, уже у нескольких хозяев по доскам отметились маленькие детские следы. Деревня гудела. Нет не так, деревня ГУДЕЛА . Из дома в дом перекатывалась новость. Паломничество соседей с утра не прекращалось пока не растаял иней на тротуаре. Высказывались разные теории. Кто то считал происшедшее розыгрышем. Даже Вацила спросили - не его ли рук дело. Однако, пацану самому интересно было найти ответ, и от него отстали. Старики вспоминали про различную нечисть, по поверьям населявшую дом и абзар (загон для скота). Бабы даже высказали мысль, что кто то скрывает внебрачного ребенка, но быстро опамятовали - такое в деревне точно не скроешь. Ахмет бабай, посмеиваясь предположил, что это бичуря - бола, по русски ребенок кикиморы. Дескать заблудился, вот и шалит в деревне. А если в деревню сама бичуря придет, то пиши пропало, считается эта нечисть больно уж пакостливой. На вопрос, как избавиться от такого соседства, бабай отправил Вацила к себе домой, чтоб тот спросил у его бабки кусок старой медвежьей шкуры, что давно висела на амбаре. Когда пацан сгибаясь под тяжестью притащил этот кусок, дед, попросив нож разрезал на мелкие кусочки, и раздал хозяевам. С наказом, дома настричь с них шерсть и рассыпать её по двору, да по абзару. Бичуря, дескать боится только медведя, а увидя его шерсть, её ребенок убежит в лес к мамке.
Не знаю, то ли совпало так, то ли бабай Ахмет прав оказался, никакие следы больше не тревожили селян в ту осень.