Продолжение.
Буквально на днях привезли софу, которую мама чисто случайно купила в мебельном магазине, когда их туда только привезли, и даже записи ещё не было. И деньги оказались с собой. Мама как раз рассчиталась за неё на кассе, когда подскочила неприятная тётка, маленькая, круглая, с волосами ярко морковного цвета, и ужасно крикливая:
— Вы не писались, а мы писались! — завопила она.
Но было поздно, мама, довольная, уже оформляла доставку.
Потом она договорилась с этими же грузчиками, чтобы они же спустили и увезли старый диван книжку.
— Как же хорошо, что этот "гроб" сразу увезли — сказала мама, когда за грузчиками закрылась дверь и тяжелый и неудобный диван, который она только что окрестила "гробом", покинул их жилище.
На новой софе мама успела переночевать только пару ночей, а сегодня вот будет ночевать в больнице...
— Лёка, ты если хочешь, ложись у меня, пока меня не будет, — сказала мама пока ждали скорую... "Лёка" — так Олю называла только мама, никто и никогда больше...
Прежде, чем лечь спать, девочка постояла, подумала и решила воспользоваться маминым предложением.
— Бабушка, можно я сегодня на маминой постели лягу?
— Ложись, если хочется — не стала возражать старушка.
Девочка не стала раскладывать софу, а застелила простынь так, как было, с неразобранной спинкой. Потом легла под уютное мамино одеяло, которое словно ещё хранило тепло самого любимого человека, и быстро уснула.
Проснулась неожиданно, словно внезапно её разбудили, даже руки затряслись. Глянула на часы — четыре утра. Подумала: "Интересно, как там мама сегодня в больнице?" Сразу уснуть почему-то не получилось. Увидела, что простынь сбилась со спинки софы. Решила всё же разложить её, как положено, на двойное спальное место, перестелила простынь заново, и снова уснула. "Лёка! " — пронеслось в засыпающей голове, даже успела подумать: "уже соскучилась, вечером прибегу, наболтаемся... "
Проснулась по будильнику. Умылась, собралась. Позавтракали с бабушкой.
Вся такая взрослая:
— Бабуль, мы с мамой рассчитали, я вернусь часам к четырем, ты всё для мамы подготовь, я перекушу, и пойдем к ней.
Поездка прошла без неожиданностей. До маминой работы девочка добралась, нигде не заблудилась. Нашла нужный кабинет. Женщины её уже ждали, напоили чаем с вкусными печенюшками. Тётя Тамара, правда, спросила:
— Тебя никто не потерял?
— Нет. А что?
— Да странно, какая-то женщина звонила минут двадцать назад, спрашивала, приехала ты или нет.
— Даже не представляю, кто это мог быть, — озадачилась девочка.
Потом они её ещё раз расспросили о здоровье мамы, и отпустили.
Обратный путь тоже прошел без происшествий. Вот только, когда уже с автовокзала шла к дому, дорогу ей перебежала кошка. "Кошка серая, а не черная, — успокоила себя девочка. — Да и вообще, я в приметы не верю." Но на всякий случай, тихонько сплюнула через левое плечо...
Поднялась на свой пятый этаж, открыла дверь, разулась. В зале, где она ночевала сегодня, сидела бабушка, тётя Лиза, Инна Николаевна — подруги маминой сестры, и друзья семьи заодно. Эти люди были частыми гостями в их доме, к обеим она нередко ездила еа дачу, даже гостила по несколько дней. Так что то, что они были у них в гостях, не удивляло.
Она прошла на кухню, поставила на стол покупки с фруктами для мамы, снова зашла в зал, спросила:
— Бабуль, мы к маме когда пойдём?
Бабушка лишь головой покачала. Стало как-то не по себе... Пошла снова на кухню, кажется решила чайник поставить. "Что они все такие зареванные сидят?" — мысль не выстраивалась...