Доллар рос. Росла моя разумность. Мы надолго уходили с ним в лес, занимались, общались, учились. В свои полгода Пупсик знал все команды "руками". Я показывала, он исполнял. Белый лес, тишина, и мы - тоже молчаливые. Слушали березы, искали сало, привязанное на деревьях на "тропе здоровья". Сидели на лавочках, сделанных аборигенами, отдыхали и слушали птиц. Иногда охотничья сущность лабрадора кричала фибрами души. Тогда Доллар воображал себя медведем, вставал на задние лапы, обнимал дерево и мечтал. Или смотрел налитыми кровью глазами на низко и нагло летающих птиц. Вдыхал морозец ноздрями шумно и глубоко. В какой-то момент вспоминал, что он - собака-компаньон, встряхивался и поворачивался ко мне, улыбаясь. Сейчас, 10 лет спустя, эти прогулки очень редкие. В силу времени, обстоятельств, здоровья. И тем они ценнее. Надо видеть Черную мерзость, деловито топающую со мной в лес, и плавящуюся от удовольствия и счастья. В такие дни мы оба плавимся. От обладания, возможности, покоя.