Ожидания и сантимент двигают цены сильнее, нежели фундаментальные факторы.
Январская динамика цен на нефть к настоящему моменту выглядит примерно так – вначале пошла полноценная информационная волна про новый опасный вирус, постепенно история стала центровой и в максимальном фокусе внимания масс, и уже далее аналитики по-быстрому оценили примерный спад спроса на нефть и нефтепродукты (в Китае в этом году и так ожидался прирост меньше, чем в последние годы). В результате цена на нефть с месячных хаев уже упала почти на 10$ или же 14%. Это сильно отличается от прошлого раза (SARS 2003), когда вначале ВОЗ объявила глобальную тревогу, а только потом нефтяной рынок упал примерно на те же 10$, правда с совершенно иного ценового уровня в 37$. Наверное, самое интересное во всем этом то, что во-первых, коррекция западных индексов широкого рынка пока что минимальна, а во-вторых – нефтяной финансовый рынок напрочь игнорирует все прочие значимые факторы. В первую очередь – это массовые антиправительственные выступления и политический кризис в Ираке, а также эскалация противостояния в Ливии, где по состоянию на пятницу добыча нефти упала на 1 млн. баррелей в сутки, то есть аж на 80% в связи с блокадой экспортных терминалов силами фельдмаршала Хафтара. Таких уровней добычи не наблюдалось уже несколько лет. При этом не видно какого-то явно наблюдаемого профицита предложения, нет общего макронегатива по поводу перспектив мировой экономики (и даже наоборот, недавняя торговая сделка, явное дно по PMI и т.д.). Как мне кажется, единственным объяснением такого рода динамики может быть только такой момент – как уже неоднократно упоминалось ранее, в широком смысле в мире очень много нефти. Но самое главное, что больше всего ее в головах ключевых участников рынка. Именно тогда и получается, что сантимент и ожидания двигают цены сильнее, нежели целый набор более фундаментальных факторов. Пока не будет явных намеков на длительный supply disruption и прямой дефицит, нефть всякий фундамент может просто игнорировать напрочь, как и бэкграундную динамику прочих статистических показателей. Еще похоже, что рынку в целом неплохо так импринтнулись сентябрьские события, когда после ночного подскока цены на 20% вся риск-премия забылась, по сути, на следующий день, и по итогам нефть сильно и однонаправленно обвалилась (сейчас наблюдается схожий паттерн). Не последнюю роль во всем этом могут играть крупные хеджеры, использующие подскоки цены для комфортного наращивания хеджирующих прогнозную добычу позиций.
В мире, где вероятность горячего конфликта на БВ оценивается как невысокая, никто в открытую воевать не хочет, а разрядка после кульминации наступает быстро, можно прямо заявить о минимальном размере «премии за риск» в цене нефти, если не о нулевом значении. Наблюдаемая январская ценовая динамика, как минимум, свидетельствует о короткой памяти у рынка, когда даже недавние события быстро перевариваются и еще быстрее затираются\замыливаются, а локально доминируют чисто финансовые и сантиментные факторы, находящиеся под воздействием новостей о вирусе. К этим новым реалиям так или иначе приходится привыкать, если есть какие-либо далеко идущие планы по торговле на нефтяном или отечественных рынках (мы все-таки все еще довольно сильно зависимы от нефти в целом).
Профиль автора в соцсети: https://www.facebook.com/pavel.pukhov