Белок в соседнем лесу я подкармливал давно. Многих знал в лицо, давал клички.
Мамашка. Пока была «на выданье» — была красива. Манерная. Кисточки на ушах, как у зайца, и удивительно белый живот. Оказалась очень заботливой матерью. Таскала бельчат во рту постоянно. В прошлом году её кто-то сильно поранил. Думал, не выживет. Но нет. Весной она опять таскала бельчат. С рваным шрамом по левому боку и с обрубленным наполовину хвостом.
Вежливый. Я играл с ним в прятки. Прятал орехи, а он их находил. Найдя орех, он всегда садился на ветку возле меня, пищал и махал хвостом, говорил «спасибо». Люди благодарили меня реже.
Гопники. Два брата. Всегда неразлучны, вечно гонялись другом, но у кормушки ели вместе и делились.
Эйнштейн. Из поколения этого года. Освоил кормушку раньше своих сверстников на полгода. Ждал меня возле неё каждое утро.
Собственно, всё кончилось, когда пьяное быдло вышло на шашлыки. Стреляли из травмата, а раненых белок добивали на земле пивными бутылками. Лично похоронил пять зверьков.
Я не ханжа. У меня не вызывает протеста охота болотного луня на белок. Я понимаю, что кое-где без беличьей шубы холодно. Но убивать ради прикола способен только человек. Очень прошу — если вас штырит убивать ради хохмы, то выбирайте в жертву представителей одного с вами вида… И мир станет чище.