Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Спорные мысли

Шок-1998: что случилось в августе 1991 года?

Дело было летом 1998 года. Мы, компания аспирантов, гуляли по вечернему Гётеборгу, обсуждая, куда пойти - и идти ли. И вдруг Миша Ф. задал мне вопрос: - Слушай, а что, вообще-то, произошло в 1991 году? * * * Тут придется сделать отступление. А то и два. Во-первых, имейте в виду: мы все выросли при социализме, мальчики-одуванчики "за науку", опять же, - и потому искренне верили во всё хорошее. И что люди должны заботиться об общем благе, и что в целом всё человечество настроено дружелюбно - по отношению к самому себе, и что все хотят свободы, равных прав, социальной справедливости... В общем, "счастья всем, сразу, и пусть никто не уйдет обиженным" (С) сами-знаете-кто. Во-вторых, переворот 1991 года был воспринят тогдашним - крайне наивным - обществом, как однозначно положительный. Убравший диктатуру коммунистической религии и привилегии правящего класса, номенклатуры. И вообще, надо только потерпеть дней пятьсот, и все у нас станет так же, как в развитых западных странах, и даже лучше,

Дело было летом 1998 года. Мы, компания аспирантов, гуляли по вечернему Гётеборгу, обсуждая, куда пойти - и идти ли.

Во! Один вариант был - пойти в Лизеберг (на фото wallhere.com), а второй - в кабак. В итоге кто-то полез в Лизеберг через дыру в заборе (а зачем платить за вход?), кто-то - в пивную, а лично я пошел домой, к жене :)
Во! Один вариант был - пойти в Лизеберг (на фото wallhere.com), а второй - в кабак. В итоге кто-то полез в Лизеберг через дыру в заборе (а зачем платить за вход?), кто-то - в пивную, а лично я пошел домой, к жене :)

И вдруг Миша Ф. задал мне вопрос:

- Слушай, а что, вообще-то, произошло в 1991 году?

* * *

Тут придется сделать отступление. А то и два.

Во-первых, имейте в виду: мы все выросли при социализме, мальчики-одуванчики "за науку", опять же, - и потому искренне верили во всё хорошее. И что люди должны заботиться об общем благе, и что в целом всё человечество настроено дружелюбно - по отношению к самому себе, и что все хотят свободы, равных прав, социальной справедливости... В общем, "счастья всем, сразу, и пусть никто не уйдет обиженным" (С) сами-знаете-кто.

Я-то в августе 1991 года трусливо сидел дома и убеждал себя, что, "наверное, так и надо". А вот моя сестрица (чуть постарше меня) вовсю гуляла-защищала Белый Дом... Вот и гадай теперь, кто был больше дурак. Думаю, оба... Фото: m.gazeta.ru
Я-то в августе 1991 года трусливо сидел дома и убеждал себя, что, "наверное, так и надо". А вот моя сестрица (чуть постарше меня) вовсю гуляла-защищала Белый Дом... Вот и гадай теперь, кто был больше дурак. Думаю, оба... Фото: m.gazeta.ru

Во-вторых, переворот 1991 года был воспринят тогдашним - крайне наивным - обществом, как однозначно положительный. Убравший диктатуру коммунистической религии и привилегии правящего класса, номенклатуры. И вообще, надо только потерпеть дней пятьсот, и все у нас станет так же, как в развитых западных странах, и даже лучше, потому что уж мы-то всё сделаем "по уму", а не так, как само получится.

Соответственно, последствия августа 1991 года воспринимались тогдашней - крайне наивной! - общественностью очень болезненно. Всем казалось, что кто-то где-то ошибся, что-то пошло не так, и надо бы эту ерунду исправить... Вот только не понять никак, что же "не так". Вроде все, как задумали: свобода слова, свобода передвижения, свобода предпринимательства... Изобилие же должно случиться, вместе с раем на земле! Однако ж никак не случается.

И вот, представляете, аж до 1998 года мы всё еще ходили в недоумении: как так случилось, что самое главное событие в нашей жизни не привело к этому самому всеобщему благоденствию?!

* * *

Ну так вот, идем мы по улице, и я мучительно соображаю, что бы мне такого ответить. Потому что чувство неправильности того, что случилось после 1991 года, у меня было, а вот остановиться и подумать на эту тему - было всё некогда, да и сведений, фактов, которые позволили бы сделать обоснованные выводы, на тот момент еще не было.

А я был в этой компании аспирантов самым старшим, ну и, типа, авторитетным :) Если что, со мной советоваться не стеснялись.

Так что авторитет надо было как-то поддерживать. И я, мекая и бекая, начинаю импровизировать:

- Ну... во всех таких случаях надо смотреть, кому выгодно... Кто выгодополучатель...

И тут до меня - доходит.

Фото: news.myseldon.com
Фото: news.myseldon.com

Блин! Так вот же они, выгодополучатели - бюрократы! В советские времена их сдерживали: парткомы, ОБХСС, и, в крайнем случае - КГБ. А после 1991 года все эти сдерживающие факторы волшебным образом ликвидировались. И чиновничество, в огромном числе сохранившее свои кормушки при государстве, оказалось совершенно и абсолютно бесконтрольными.

И вот я иду по улице, и думаю дальше: выходит, в то время, когда москвичи на улицах тормозили введенные в город танки, эти люди по телефону и лично договаривались о том, как оно дальше будет устроено! От коммунистов откупились "деньгами партии", от КГБ - тем, что секретные фонды перешли в ведение генералов, и никто за них отчета требовать не станет... И - аля-улю! - у нас новое, "свободное" общество, и масса возможностей для обогащения за счет государства...

Думаю, мне не удалось достаточно связно изложить этот ход мыслей тогда, на летней улице Гётеборга. Но до парней, тем не менее, дошло.

А один мальчик, думаю, и раньше знал этот несложный секрет. Он был сыном крупного бизнесмена - в стиле 90-ых. И наукой занимался скорее из любопытства, чем рассчитывая сделать её своей профессией. Его тем же летом "отозвал" в Москву папа - вникать в дела "корпорации". Наследник, как-никак. Так что дисер он не доделал. А жаль, парень был очень умный. Впрочем, думаю, ему и в делах "бизнеса" ум был нелишним.

* * *

Вот как-то так: аж семь лет понадобилось, чтобы понять, кто и для чего делал "революцию" августа 1991 года. И было это понимание - буквально, как пыльным мешком по голове. Мы-то всё про свободу... Ну и они - тоже. "За нашу и вашу свободу", так сказать...

* * *

Ранее о неожиданных открытиях: