Помните, я рассказывала о ругательствах, которые мы традиционно считаем "исконно русскими", но на поверку они, вероятнее всего, переиначенные (русифицированные) латинизмы.
А вот вам новая подборка.
Говорят, в 17 веке жил-поживал в Петербурге врач по имени Гали Матье, большой шутник и балагур. И известен он был сочинительством всевозможных каламбуров, которыми развлекал пациентов. Практика его росла, врач обрёл популярность, что перестал успевать на визиты. Находчивый доктор стал высылать свои целительные каламбуры по почте. Верите или нет, но так возникло слово "галиматья", которое в то время означало — целительная шутка, каламбур. Сейчас, правда, это слово имеет немного другое значение и употребляется как синоним несусветной глупости.
Так же, как каламбур в русский язык прокралось слово "ерунда". И пришло оно от немецких мастеров, приглашенных Петром I в Россию. По-русски они не говорили, а с рабочими как-то изъясняться надо было (это вам не современные попаданцы, которые раз-два и язык новый выучили). Поэтому немцы сильно жестикулировали. А при руководстве работ вынуждены были "руками водить" - говорить что и куда устанавливать, приговаривая при этом hier und da, что по-немецки означает тут и там. Наш мужик пожал плечами и повторил: ерунда какая-то - то есть нечто малопонятное и ненужное.
Слова "апельсин" не существовало в европейских языках, что понятно - фрукт не рос в этих широтах. И завозился португальскими и голландскими мореплавателями из Китая. Он назывался "китайский апельсин". По-голландски «яблоко» — appel, а «китайский» — sien. Так получилось appelsien — «яблоко из Китая».
Не менее интересно происхождение слова "пердимонокль" - нечто удивительное, из ряда вон выходящее, ерунда. Сейчас почти не употребимое, а вот бабушки наши им еще активно пользовались. Изначально фраза звучала как "полный пердюмонокль" и употреблялась в контексте финального завершения чего-либо. Иными словами – конец всему. Вообще, "perdu monocle" обозначает дословно "потерянный монокль". Говорят, у него театральные корни. Речь идет об одном сценическом приеме, который использовался очень часто и стал своего рода штампом. Когда мужчина носит пердюмонокль, то мышцы его лица находятся в напряженном состоянии, а глаз слегка прищуривается. И представьте, что вы услышали что-то удивительное или возмутительное. В такой ситуации контролировать мимику непросто: брови поднимаются, мышцы расслабляются, и, естественно, монокль падает.
Со временем театральная традиция вошла и в повседневную жизнь: сильное удивление приводило к потере монокля, то есть конфузу. Собственно, в таком значении оно иногда и употребляется.
Понравился материал? Не забудьте поставить "пальчик вверх" и подписаться на канал - здесь мы говорим о книгах и не только.
Фантастический детектив, триллер: https://www.litres.ru/evgeniya-kretova/navigator-iz-nerungri/