В первые годы советской власти в уголовном розыске не хватало настоящих профессионалов, а активность преступников в это время резко возросла. 11 лет в южных степях бесчинствовал донской казак Егор Башкатов. Жертвами его банды стало в общей сложности 459 человек — в истории европейского криминала это рекордная цифра.
Из дезертиров — в красноармейцы
Егор Башкатов родился в казачьем селе Семидесятном в нынешней Воронежской области и рано лишился отца и матери. Подростка взяли на воспитание чужие люди, но достойного члена общества из него не получилось. В молодости Башкатов пьянствовал и играл в карты, а в 1914 году 35-летний казак был призван в армию. Однако рисковать жизнью Башкатову не хотелось, и он дезертировал, за что был осужден трибуналом и попал в тюрьму. Советская власть освободила Башкатова по амнистии, и некоторое время он числился красноармейцем. Однако вступить в партию бывшему дезертиру и мародеру не позволили.
«Добрый человек» с «микстурой»
По окончании Гражданской войны в России царила разруха. Тысячи людей оказались буквально выброшены из жизни. Не вернулся к мирному труду и Егор Башкатов. Поначалу он промышлял мелкими кражами, а в 1921 году решил орудовать «по-крупному». Объектом пристального внимания Башкатова и набранных им подельников стали внутренние мигранты, которые во множестве колесили по стране в поисках заработков. Обычно таких людей можно было встретить на вокзалах. Башкатов действовал по одному сценарию. Он знакомился с путешествующим крестьянином и, втершись к нему в доверие, узнавал все о нем и его семье. Затем мог предложить переселенцу работу и ночлег. Оставшись с жертвой наедине и дождавшись, когда она уснет, Башкатов доставал «микстуру». Так преступник называл изобретенную им разновидность кистеня — булыжник в мешочке, который был привязан к трости. Им Башкатов навеки «усыплял» потерпевших — для этого хватало точного удара в висок. Примечательно, что первыми жертвами экс-красноармейца были женщины-странницы, с которыми невысокому и хромому Башкатову было проще расправиться. Затем он переключился на мужчин, у которых при себе имелось больше денег. За раз Башкатов мог убить по несколько человек.
Родственники убитых проблемы не представляли — даже если они заявляли о пропаже в милицию, то вряд ли могли помочь следствию, поскольку сами не знали, где разыскиваемые были в последний раз. Кроме того, Башкатов вырезал целые семьи, отправляя родным жертв записки со словами «Я обустроился, все в порядке, приезжайте ко мне, вас встретит добрый человек». Когда родственники приезжали, их ждала та же участь. Пятеро подельников помогали Башкатову убивать, а еще 15 членов банды занимались «черной работой» — они отстирывали одежду погибших и продавали их скудные пожитки на рынках. Всего с 1921 по 1932 год от рук убийц погибли больше 4 сотен человек, а сам Башкатов лично расправился со 121 жертвой. Капитала казак, впрочем, не скопил — все вырученное преступники проедали и пропивали.
«Убивал контру»
Конец кровавой эпопее «степных дьяволов», как их прозвали на юге России, настал в 1932 году. В районе станции Кавказской бандиты по обычному сценарию убили Василия Яковлева, а затем «вызвали» из Подмосковья его жену Тамару с ребенком. Башкатов завел ее в заброшенный дом, где вновь пустил в ход «микстуру». Голые тела впоследствии обнаружили на рельсовой насыпи. Поскольку убийство было совершено на железной дороге, к расследованию подключились местные чекисты. Башкатов, пытавшийся продать женские и детские вещи, был схвачен на рынке. В его доме обнаружились документы десятков пропавших людей, а также записная книжка, куда главарь банды зачем-то записывал информацию обо всех убийствах. По альтернативной версии, взять Башкатова оперативникам помогла случайно выжившая другая жертва.
Примечательно, что на суде Егор Башкатов пытался доказать, что по своему почину вел «классовую борьбу», убивая бывших «беляков» и «кулаков». Бандит признавал, что «перестарался» и в последнем слове попросил посадить его на 5 лет. Но наказание оказалось более суровым — Башкатова и всех членов его банды расстреляли.