Летом я привез в деревню, бабушке с дедом, спутниковую тарелку. Бабушка, пока накрывала на стол, ворчала, что , мол, деньги девать некуда и начёрт она нужна. А дед, опрокинул дежурную рюмку и заинтересованно смотрел за моими действиями.
Когда всё было сделано, я включил канал про сад и огород и сделал погромче. Как по заказу шла передача про бабушкины любимые помидоры и парник. Бабушка навострила уши, прогнала нас с дедом на кухню, за стол, а сама присела поближе к телевизору и погрузилась в свои грядки. Звать её и спрашивать о чём-то было бесполезно. Она уже мысленно рылась в парнике.
Деда сад и огород не интересовал. Он, после нескольких рюмок, выбрал несколько каналов про взаимоотношения мужчины и женщины и сказал, что хочет реанимировать романтические отношения с бабушкой. Мол, рутина с грядками и парниками не усиливают влечения к женщине. Я, смеясь в душе, во всем поддержал деда. Всё остальное мне рассказала бабушка.
Дед с лета до зимы смотрел каналы, которые отобрал для повышения образованности и составил сценарий романтического очаровывания бабушки. План, в условиях деревни, был такой:
1. Жарко натопить баню.
2. За неимением лепестков роз, наковырять в сене засохшие полевые цветы и усыпать ими все лавки в бане.
3. Подхватить бабушку на руки и затащить в баню
Успех, как считал дед и ТВ, был ему обеспечен. Неожиданностей не должно было быть. Дед даже на глазок прикинул бабушкин вес, нашел подходящее брёвнышко и несколько раз, как говориться, взял его на грудь. Всё получилось. Здесь конфуза не будет. А остальное, как говориться, дело техники.
Перед часом Х дед изрядно принял на грудь. Нет, не так. Очень много принял на грудь. Натопил баню так, что доски трещали. И в целях экономии времени и сил решил немного изменить программу. Он сгрёб в охапку все горшки с домашними цветами и оттащил их в баню. А там, повыдёргивал бедные цветы из горшков и раскидал вместе с землёй по лавкам. Вместо лавок образовались клумбы. Деду вид понравился и он ринулся выполнять третий пункт.
А бабушка в это время неспешно чистила лопатой дорожки от снега. В хорошем настроении, напевала что-то там про вокзалы и поезда. Во время очередного куплета на неё сзади, как коршун накинулся пьяный в сисю дед. Бабушка пискнула от страха и машинально махнула лопатой. Деда спасла шапка. Иначе лопата поставила бы точку. Дед подхватил бабушку на руки, но силы его покинули. Бабушка выпала из рук. Но дед был настырный и сдаваться не собирался. Он, как бусурман, перекинул бабушку через плечо и, качаясь от выпитого, полурысью поскакал в сторону бани. Бабушка отбивалась как могла и громко верещала.
А дед, слегка приложив её к косяку, втащил в баню и опрокинул на клумбу. От жара в бане и страха у бабушки залило потом глаза. Она увидела только стоящий рядом таз с водой. Подхватила его и выплеснула на деда. Потом ухватила покрепче за ручку и залепила деду в лоб. Всё. Нокаут. Можно начинать отсчёт.
Когда дед очнулся, бабушка плакала над клумбами. Потом сказала, что дед будет жить в бане до тех пор, пока не восстановит популяцию комнатных растений. На это у деда ушло два дня. После этого он был прощён и допущен в хату. Это романтическое приключение бабушка запомнила на всю оставшуюся жизнь.