Мать кричала на Ивана второй час подряд, размахивала руками и швырялась остатками так и не сваренной курицы. Иван сначала пытался что-то сказать, но вклиниться между репликами разъярённой женщины было невероятно сложно, поэтому он просто прижимал к груди испуганную кошку и слушал.
-Вот скажи, что теперь мне с этим вот делать? – мать размахивала куриной ножкой, чуть погрызенной с краю, - я ползарплаты за эту курицу отдала, а твой Васька всё обглодал! Сам-то небось ничего не заработал ещё, а уже кого попало в дом тащишь! Кто эту скотину кормить будет?
-Это кошечка, – тихо возразил Иван.
Мать швырнула в него куриной ножкой.
-Да мне без разницы! Всё равно - Васька блохастая!
Парень ловко уклонился от удара, а кошечка с интересом смотрела на сырое мясо, шлёпнувшееся на пол.
Иван подобрал её на улице. Она сидела в жухлой траве напротив сгоревшего дома и жалобно мяукала. Дом принадлежал местной знахарке и сгорел пару недель назад. Куда подевалась знахарка, никто не знал. Все в деревне только об этом и говорили.
Иван решил, что раньше кошка жила здесь, присел на корточки рядом, погладил. А та внимательно посмотрела на него круглыми жёлтыми глазами и шустро забралась под полу куртки. Иван даже ахнуть не успел. Кошечка так дрожала, что выпустить её обратно на мороз парень просто не смог. Так и принёс домой за пазухой.
Пока они с матерью переругивались в дверях, кошка деловито обнюхивала дом. Когда услышали звон посуды с кухни, спасать приготовленную на суп курицу было уже поздно.
Кошечка устроила себе ужин.
-Значит так! Не потерплю я эту тварь в доме! Вот как хочешь, а надо решить, кто тебе дороже я или кошка? Или вышвыривай её на улицу. Или сам выметайся вместе с нею! Чтоб я её больше не видела!
Иван тяжело вздохнул. Бросать только что отогревшуюся кошечку он не собирался, но и идти ему было некуда.
-Вот будет собственный дом, тогда заводи хоть двадцать кошек! Давно уж пора тебе своё жильё иметь или хоть деньги в дом приносить! А то сидишь около мамкиной юбки!
Любой разговор мать сводила к одной теме. Деньги. Это всё он уже слышал раньше много раз. Иван вышел на улицу с кошкой за пазухой.
-Ну и катись вместе с этой блохастой! – орала мать вслед, - Кошка тебе дороже родной матери!
-И где мы с тобой жить будем? – Иван погладил кошку между ушей. – Денег даже на ужин нет!
Кошка вдруг вывернулась из рук и спрыгнула на землю, побежала вперёд по дороге.
-Эй, ты куда? – Иван припустил за ней.
Кошечка остановилась у сгоревшего дома знахарки и смотрела Ивана, как будто ждала, а потом юркнула между обгорелой стеной и печкой. Иван нашёл её посреди пепелища, кошка сидела на металлическом люке в подпол.
-Ты здесь предлагаешь пожить? – Иван усмехнулся и открыл люк.
В подполе обнаружился солидный запас заготовок из овощей, пучки неизвестных Ивану трав и сундук. Кошка настойчиво кружила вокруг этого сундука, пока Иван разглядывал банки с соленьями и прикидывал, стоит ли пробовать еду в доме знахарки. Когда он всё-таки открыл сундук, просто ахнул! Под грудой тетрадок и книг лежали аккуратно завёрнутые в тряпочки пачки денег. Знахарка, видать, всю жизнь копила!
Иван поглядел на кошку и засмеялся. Кошка мурлыкнула и потёрлась мордой о его ногу.
-Вот мать обрадуется! – Иван шёл по улице в сторону своего дома с полными карманами денег, - Может, наконец, перестанет меня попрекать! Тут ведь не на один дом хватит!
-Мяу! – подтвердила кошка, выглянув из-под полы его куртки.
У крыльца он остановился, припомнил слова матери, все, что она ему наговорить успела. Подумал немного, подошёл к окну и швырнул в форточку несколько пачек с крупными купюрами. Потом развернулся к дороге и пошёл прочь от дома.
-Васька! Вот так тебя и назовём! Василиса! Нравится? – он погладил кошку, - Пора нам найти свой собственный дом! И курицы на ужин купить!
-Мяу! – согласилась Василиса.