Ерун ван Акен, подписывавший свои картины «Иеронимус Босх», считался в Хертогенбосе вполне респектабельным человеком. Он единственный из художников состоял в благочестивом городском обществе, братстве Богоматери, при кафедральном соборе Святого Иоанна. Однако художник, возможно, до самой смерти вводил сограждан и заказчиков в заблуждение. Подозрения, что под личиной доброго католика скрывался еретик. Историк и искусствовед Вильгельм Френгер в середине XX века предположил, что живописец принадлежал к секте адамитов. Современный исследователь творчества Босха Линда Харрис выдвинула гипотезу, что он был приверженцем катарской ереси.
Катары учили, что ветхозаветный Иегова, творец материальной вселенной, — на самом деле Князь Тьмы, а материя — зло. Души обманутых им ангелов пали из духовного мира на землю. Одни стали демонами, другие, у которых есть ещё шанс на спасение, оказались втянуты в череду перерождений в телах людей. Катары отвергали учение и обряды католиков, считая всё это созданием дьявола. Несколько столетий церковь искореняла распространившуюся по Европе ересь, и к концу XV века о катарах уже почти нигде не было слышно. Босх, по мнению Харрис, намеренно искажая на картинах канонические сюжеты, зашифровал в многочисленных символах тайное послание будущим поколениям о своей истинной вере.
Так, на левой створке триптиха «Сад земных наслаждений» Босх изобразил Эдем в дни сотворения первых людей, когда души ангелов попали в ловушку смертной плоти. Центральная часть, полагает Харрис, — тот же Эдем, но настоящего времени: туда попадают души между реинкарнациями, и демоны прельщают их земными соблазнами, чтобы бывшие ангелы забыли о духовном мире и захотели снова воплотиться в материальном. Правая створка — это ад, куда после Страшного суда попадут все, кто не сумел разорвать цепь перерождений.