Сквозь выжженные Западные Пустоши, кишащие опасными тварями, движется цирк синьора Бертольдо. Люди с Кривых дорог намереваются ускользнуть из цепких лап деспотичной империи Харольда. Впереди только одно представление. Но бродячие актеры еще не знают, что боятся им стоит вовсе не степных демонов
Предисловие: Где-то к западу от Ведьминого хребта
Рокус долго не мог уснуть, он пытался удобнее устроиться в гамаке, но тот был слишком непривычным после жесткой койки в сиротском приюте. Фургон раскачивался и подпрыгивал на ухабах — северным трактом редко пользовались последние годы. Напрасно мальчик пытался представить себя отважным матросом, который пустился в кругосветное путешествие — его укачивало, и беспокойные образы неясного будущего мелькали в голове. Завтрашний день вставал перед закрытыми веками, как злой великан, и ухмылялся щербатым ртом. Забылся Рокус перед рассветом, когда караван пересек границу Великой западной равнины и горький запах степных трав ворвался в сон.
… Рокус проваливался все глубже. Страха не было, будто чьи-то невидимые ладони увлекали его вниз, на илистое дно сновидения. Он лежал на шерстяной подстилке и видел первые звезды за откинутым пологом юрты. Пахло козьим сыром, сушеным молочаем и терпким женским потом. Рокус глубоко вдохнул, ожидая, что где-то в глубине сознания загорится тревожный огонь, но этого не произошло. Впервые мальчик чувствовал себя дома. Можно было вечность лежать и смотреть на слезы Эрхо в высоком небосводе. Где-то в темноте пастбища послышалось конское ржание и в этот момент теплая рука погладила его по щеке:
— Хасса, хой, карен. Ху шандор, ла вой. Хасса, гор кун, — услышал Рокус хрипловатый женский голос.
Слова чужого языка успокаивали, с ними приходило понимание. Мальчик знал, что их племя ведет неравную войну с захватчики из Харольда. Но боги Степи милостливы, а дети народа Йени выносливые и ловкие, они тысячу лет называют Западную пустошь домом. Они выстоят, иначе не может быть. Трещал огонь, на котором стоял медный чан с мясной похлебкой. Рокус шестым чувством знал, что где находится. На ветру раскачивался и звенел Бабуй — амулет от злых духов.
— Хэйя, Хайла дор нарра. Хору кади даг, — сказала женщина. Её ловкие пальцы заплетали отросшие волосы мальчика в маленькие косички.
Рокусу захотелось увидеть её лицо, но как только он попытался поднять голову, шею свело судорогой. Ни один мускул в теле не желал подчиняться. Мальчик хотел спросить имя, но язык словно прилип к небу. Рокус почувствовал, будто тонет, а незнакомая женщина продолжала петь колыбельную. На западе мигнула зарница и раздался далёкий раскат грома.
Рокус почти понял, что означают странные слова. «Хасса, хой. Ху шарден, ла вой. Ху шарден, гор кун»… Смысл поднимался из глубины, но тут же ускользал. Все равно, что пытаться руками поймать рыбу в тазу холодной воды. Хасса, хой…
… В следующую секунду фургон тряхнуло и Рокус вынырнул из сна, будто поднялся на поверхность с огромной, смертельной для человека глубины. Легкие раскрылись и мальчик сделал большой глоток воздуха. Пот выступил на лбу. Так начался двенадцатый день его путешествия с бродячим цирком синьора Бертольдо.
Читать продолжение: https://writing-skills.ru/lost-circus