Что вы знаете о лайках из Ишима?

В Ишиме живут ханты, которым до рыбаков дела нет. Сами они рыбу не ловят, а вот собаки с интересом рассматривали проходящие мимо лодки. Более того, небольшой стаей увязались за нами. Когда отошли от Ишима километров на пять – десять, осталась одна. Черная с чуть красноватым кончиком хвоста. Ранки там не было, отчего такой оттенок, не понятно.
Собака несколько раз переходила реку вброд или переплывала. Бежала по берегу или удалялась в лес. Ближе к вечеру несколько раз принималась лаять. Мы гадали – на зверя? Но в голосе явно чувствовалось женское раздражение.
- Когда же вы успокоитесь и встанете? Так ведь вас и потерять не долго. Зря, что ли бегу?
Это подтверждалось и тем, что как только ей свиснешь, лай прекращался. Видимо завалы на берегу заставляли ее уходить дальше в лес, она теряла нас из виду и нервничала.
На стоянке спокойно дала всем себя погладить. По сумкам не шарилась, легла и стала ждать. Встала только когда открыли тушенку. Но не выпрашивала, просто сдали нервы. Все банки дали ей вылизать оставив в одной изрядную долю. Пока ели, тоже ничего не просила. Если и подходила к столу, стойко делала вид, что все что на нем ее не касается. Мне показалось, даже нарочно старалась смотреть в сторону, демонстрируя равнодушие. А сама худющая, да и погоня за нами была достаточно энергоемкая. В результате мы отвалили ей каши больше, чем каждый из нас мог съесть. А в нее ушло.
Сколько раз слышал, что собак очеловечивать нельзя. У них инстинкты и точка. Но в который раз убеждаюсь, что у каждой свой характер. И порою по сложности, не уступающий человеческому. Она не пыталась перед нами заискивать. Она нас нисколько не боялась. Вела себя как хозяйка, это мы были у нее в гостях. Принимая нас, она делала снисхождение, и немного сердилась, если гости тупили.
Утром попытались накормить ее рыбой. Есть не стала. Уже намного спокойней дождалась своего завтрака. Кашу, сыр, хлеб – съела все. К рыбе не притронулась. Забавно.
Отчалили, она продолжила нас сопровождать.
Мы в ответе за тех, кого приручили, поэтому стали рассуждать, что будем с ней делать, если лайка добежит до Вижая. Но как выяснилось, в ее планы это не входило.
Ближе к обеду мы встретили рыбаков поднявшихся на водометах выше Ушмы, спустившихся вниз и вставших на дневку.
- Сейчас к вам собака забежит, - предупредили их.
Ответом был смех:
- Краснохвостая?
Получается, эта лайка сопровождает всех рыбаков проплывающих мимо, тем и живет. Не плохо устроилась. Ошейник на ней был. Самодельный, подшитый дратвой. Значит, хозяин есть и ее ценил. А за что? Не иначе, брал на охоту. Но лето – не сезон. Вот она и нашла себе «приработок».
Получается, человек собаке нужен, но для вполне определенных целей. Очень рациональные отношения с обоих сторон. Если нет охоты, то зачем ее кормить? Если не кормят, то зачем служить? Собака вольна, пусть временно, строить другие отношения, которые ее больше устраивают.

В Вижае нас тоже встретили лайки, проводили до машин. Во двор базы их не пустила хозяйская лайка. Одна против стаи – легко! Развернулись и ушли. Причем все собаки не привязаны, бегают, где хотят, но охраняют свою и уважают чужую территорию. Что удивительно, их совсем не боишься. Облаяли, подбежали и уже машут тебе хвостом. На порядок дружелюбней людей.
Собрав лодки и сложившись, мы перед дорогой сели перекусить и опять лайки повели себя очень достойно. Вожак маленькой стаи лег поодаль и практически к нам спиной. Только щенок-подросток позволил себе подойти, но тоже не выпрашивал. Он был любопытен и еще не так обременен правилами приличия. Остальные подошли и собрали крошки только после того, как мы встали и отошли. Вожак взял только то, что мы ему сами дали. С достоинством, без суеты.