Кастельон решился зайти и сделал пару шагов к дверям.
Внезапно сильная рука сжала ему запястье.
-Стойте, не спешите, мой друг.
Алонсо Агиляр обладал большой силой.
-Я вам кое-что скажу, а вы меня потом поблагодарите.
Сказал он шепотом.
-Я весь внимание.
-Не кладите деньги в этот банк.
-Это почему? Обманут?
-Нет. Но давайте пройдем дальше, чужие уши нам не нужны.
Они ушли в тень огромного платана.
-Не имейте дела с евреями ни сейчас, ни вообще. Вы ведь истинный католик?
-Само собой.
-Открою маленькую тайну, которую, в общем, все и так знают: Королева не любит евреев, как и ее супруг Фердинанд. Долгое время они пытались решить проблему чистоты веры, отделяя иудеев от христиан в отдельных кварталах и поселках. Пока шла война, было не до них. Но, как видно, сейчас решили окончательно разобраться со всем этим. Ее Величество предупредили, что ожидает скорого приезда супруга. Он будет со дня на день. По приезду будет официально объявлено решение. Я не знаю какое. Но судя по речам нашего губернатора, евреям несдобровать. Так что не ходите в банк. Подождем что скажет король с королевой. Лично я, как католик, в еврейские дела не лезу и дел с ними не веду. Теперь и вам не советую. Назревает что-то грандиозное.
Дон Кастельон пощупал кошель за пазухой и вздохнул.
«Час от часу не легче!»
-Увидимся, дон.
Король прибыл, налетев, как вихрь и сразу начал бурную деятельность.
Его вышла встречать королева, высокая свита, и многие начальники. В течении нескольких дней Санта-Фе и Гранада шевелились, как муравейник. Из новостей, что позволено было распространяться, люди узнал, что дела в стране идут хорошо, народ доволен, все сплотились вокруг единого знамени Испании.
Только внимательные за суматохой заметили, что никакого подкрепления король не привез. С ним было пятьсот кавалеристов.
Кастельон даже не думал общаться с «заговорщиками», пока Фердинанд был в Гранаде. Да и те, казалось бы, о нем забыли. Только раз он увидел озадаченные и нахмуренные лица Кадиса и Пинсона. Они быстро прошагали в штаб, а оттуда помчались в Санта-Фе под охраной.
Наконец поданные узнали, что Их величества, после долгих раздумий и молитв, приняли ответственное решение. О нем было объявлено 31 марта.
Так как Изабелла, с ее характером и ярко выраженным католическим воспитанием, давно свысока смотрела на иудеев, то давно назрел вопрос, как решить противоречии между католиками и иноверцами. Святая Инквизиция ревностно соблюдала каноны. Торквемада разжигал в сердцах аристократии и простолюдинов огонь ненависти. Его речи не оставляли сомнений, что чистота веры зависит только от чистоты крови. Никакие сожжения не возымели должного действия. Аутодафе, проклятья и устрашения не действовали, пока в стране весь народ был не в Христе. Только единой верой изгнать иноверцев, провозглашала инквизиция.
Заметная холодная война между испанским и еврейским обществами шла до окончания осады Гранады. В конечном итоге это вылилось в результат. Королева-католичка и король-католик милостью божьей подписали Альгамбрский эдикт, созданный Великим Инквизитором Торквемадой.