Консультации у меня раньше длились 15-20 минут. Остальное время записи я тратила на составление альтернативных финансовых планов.
Так быстро, потому что я четко знаю этапы, что как работает, как наступает сон, какие показатели, что мы вводим, как наступает пробуждение. Потому что следом за мной будет разговор с анестезиологом, ещё более детальный.
Последний раз в кабинете о седации мы говорили больше часа
Мамы плачут от страха и от вины, и неизвестно, от чего больше. И то, и то разрушает и обесточивает.
Страх — от незнания и предрассудков
От концентрации на осложнениях, которые предоставляются широкой общественности. За неделю мне несколько раз скинули пост про кому.
Я откомментировала и даже дала скрин с комментарием нашего анестезиолога о разгерметизации контура. Но люди продолжают и даже спорят в ответ, доказывая аллергию.
Я что хочу спросить: вы там были?
Вы врачи? А какие врачи? Вы знаете, как работает наркозный аппарат? Какие бывают аппараты? Как действует севоран, вы знаете, потому что вы детский анестезиолог и работаете с новорождёнными или потому что у вашей подруги брат мужа лечил свою племянницу под Гомелем пятнадцать лет назад, и она плакала, когда проснулась?
А вы знаете, что причина может быть одна, но вам (общественности) говорят другую (чаще всего это именно так). Просто потому, что в тюрьму никто не хочет.
Мифы мешают помогать детям
Вы потом пинаете по интернету мифы и легенды, которые мешают, очень мешают помогать детям в хороших достойных местах хорошим грамотным специалистам.
Когда мы начинаем работать с ребёнком на седации, а мама снова плачет, как вы думаете, это помогает её ребёнку?
На выходе мне лично нужна стабильная мама
Когда малыш откроет глаза после сладкого сопения с чистыми новыми зубами, я хочу, чтобы мама ему улыбалась не улыбкой слезливой мученицы с крестом во лбу «всё это во имя тебя».
Мне надо, чтобы она помогла ребёнку мирно доспать положенное время, а потом послушала меня, мои назначения и вернулась с осмотрами и на адаптацию в назначенный срок.
