Погоды тогда стояли весенние, можно сказать, ласковые. Солнце давно прошло зенит, клонилось по своему обычаю к западу. Редкие перистые облака, равно как и всякие веточки с молодой листвой, шиферные крыши деревенских домов, да что и говорить, каждая букашка, среди которых были и всем знакомая Coccinellidae, и черно-красный Cantharidae, и прячущийся на березе Melolontha, были подсвечены розово-золотистыми лучами. Сельская пастораль, двумя словами. Праздники майские как будто, сейчас точно и не упомню, так давно это было. Надо сказать, дым от самоваров не стоял над селом, все как-то при деле были. Кто картошку сажал, кто еще какие грядки возделывал. Мы с кузеном в силу возраста и присущего озорства вынужденно отстраненные от сельхозработ, выдумывали что учинить. Так, чтобы имена в веках. "Пойдем рыбу ловить!" - говорит мне шибко охочий до рыбной ловли и в младые годы и в нонешние дни кузен. "В ямке что ли?" - никакого интереса ловить рыбу в "ямке", садовом прудике для полива, у меня не было ввиду того, что мелкая рыбешка там клевала мгновенно и часто. "Тогда пойдем на пруд". Огромный водоем, располагавшийся буквально через дорогу, в центре села, не имел славы ни рыболовного, ни купательного места. Напротив, считался не очень чистым. "Там никто не ловит" - объясняю гостю деревенские порядки. "Пойдем попробуем" - уговорил. Самое последнее дело на рыбалку с пэ-пакетом ходить, не знаю, чего тут больше: авантюризма или порнографии, как выразился бы наш школьный учитель труда Александр Сергеевич. Мы вообще никакой емкости не взяли - на разведку шли. Закинули небольшие бамбуковые удочки. Старенькие поплавки были неподвижны в паре метрах от берега. Темная вода пруда была зеркально спокойной, без ряби, и тишина майского вечера у воды была заметнее. Берег был низким, с едва начавшей очередной рост весенней травой. Вдоль него росли старые ветлы, под ветвями которых находиться было уютнее, чем на голом противоположном берегу. На некоторым расстоянии справа, в конце пруда, проходила сельская дорога. Редкие местные жители, шедшие по ней, думали: "Городская ребятня, балуется. Никто не ловит здесь". Неловко было стоять на виду у всей деревни. Минут пять-десять ничего не происходило, и кузен постоянно перебрасывал удочку. Вот шевельнулся округлый поплавок на моей удочке. Показалось что ли? "Не, вон, волна маленькая пошла". Стали ждать дальше с уже спокойным оптимизмом: может, хотя бы бычок какой клюнет, уже покажем всем, что можно сюда ходить ловить рыбу. Вдруг поплавок исчез под водой. "Тащи! Давай-давай" - азарт уже захлестнул двоюродного брата. Я дернул удочку, и из толщи воды не доходя до поверхности мимолетом показался золотистый бок крупного карася. "Сорвался" - несмотря на то, что крючок был пуст, мы ликовали - рыба есть, должны поймать! По сравнению с тем, что происходило дальше, эпизод с большим уловом креветок Форрестом Гампом и лейтенантом Дэном кажется немного наивным. Креветки в сетях это, конечно, хорошо, но пробовали ли вы ловить весеннего прожорливого карася на удочку? Первого карася мы вытащили через пару минут после "сорванца". Кузен уже прибежал с ведром, успев дома рассказать о клеве. Понемногу подтянулись родственники с удочками, а у нас уже было полно ведро карасей размером намного больше крупной ладони. Прохожие уже стали задавать традиционные вопросы о клеве, подозревая упускаемую выгоду. Мы не врали, по-хозяйски приглашая присоединиться. Обеспокоенный люд подходил, рыбаков прибавлялось. Деревенские мужики, сажавшие картошку на огородах, с которых был виден пруд, побросали лопаты, прибежали с удочками. Картина, описывающая момент, включала розовый вечер, гладь большого пруда с многочисленными торчащими черточками-удочками. Пруд "гудел". Несколько десятков рыболовов облюбовали всю окружность водоема. Закидывали по несколько удочек и не успевали толком посидеть на перевернутых запасных ведрах, как приходилось вставать и подсекать очередного карася. Многие и рады бы посидеть в тишине, как водится при рыбной ловле, не беспокоя почем зря нервного карася, но разве не крякнешь иной раз и не поделишься очередной радостью на крючке с соседом при таком клеве.
"Карасиный пир" продолжался несколько часов. Думаю, весьма удачное название для экранизации этой истории. Уже затемно все разошлись по домам с полными ведрами жирных карасей. С тех пор и повелось рыбачить на этом пруду в окружении раскидистых ив. Теперь на берегу по утрам стоят машины приезжих рыбаков, до которых доносится слава рыбного места, а, возможно, и часть рассказанной истории.
P.S. Кстати, я знаю, о какое слово вы споткнулись. Мне оно кажется удобным ввиду замены целых двух русских слов, а потому уместным.