Привидение
Славка сел на кровать и начал придумывать себе занятие. Странно: когда ты дома один, почему-то совершенно не хочется катать машинки или строить из кубиков. Вон из коробки с игрушками торчит нога космического рейнджера, а голова застряла между грузовиком и старым плюшевым зайцем. Вытащить бы надо солдата — не дело, когда такой храбрый вояка, не раз побеждавший жутких пришельцев, оказывается в абсолютно беспомощном положении. «Пусть полежит, — вдруг подумалось Славке. – Не хочу подходить к нему». В старой квартире в комнате малыша стоял большой красивый шкаф для игрушек, где каждой было отведено свое место. Солдаты располагались на самой верхней полке, чтобы видеть все происходящее и ночью, если нападут захватчики или еще какие-нибудь враги, а Славка будет спать, защитить и себя, и остальную игрушечную братию. Полкой ниже стояли машины и паровоз, еще ниже сидели плюшевые звери, которыми Славка играл полгода назад, а может быть, и еще раньше. В нижнем ящике размещалась всякая мелочь – игрушки, которые он не особенно любил, но жалел, потому что они были постоянно заперты, и время от времени извлекал их на свет божий. Сейчас и любимые, и остальные игрушки были свалены в одну большую коробку от телевизора, в которой они ехали во время переезда, и оттого казались жалкими и ненужными. Шкафу повезло больше – ему места в машине не нашлось, и он остался жить у бабушки.
Вчера мама перед сном наказала малышу: «Как проснешься, умойся, а потом иди поешь. Завтрак и обед оставлю на столе». Что ж, надо умыться. Свет в ванной и туалетной комнатах предусмотрительно был включен – чтобы Славка не упал с табурета, пытаясь дотянуться до выключателя. Теперь надо отрегулировать воду. Кипяток. Ледяная. Опять кипяток. Нет уж, лучше умываться холодной, да и папа говорил, что теплой водой умываются только девчонки. Намочив указательный палец в ледяной воде, малыш зажмурил левый глаз и провел кончиком по веку, потом проделал то же самое с правым глазом. Ну, вот и умылся, вот и замечательно.
Кран никак не хотел закрываться – он начал рычать, как злая собака, но Славка припугнул его, сказав, что если он не прекратит, папа навсегда его разберет. Кран подумал и рычать перестал, но до конца не послушался – тихонечко завыл, а вода продолжала сочиться тонкой струйкой. Наконец, поняв, что его никто жалеть не будет, кран оставил свое глупое занятие: струйка делалась все тоньше и тоньше, а потом и вовсе иссякла. Славка тщательно потер полотенцем и без того сухое лицо и отправился на кухню.
По пути в коридоре он заметил свое отражение в большом зеркале, повешенном вчера папой. На него исподлобья смотрел коротко стриженный светловолосый мальчуган с круглыми синими глазами и румяными щеками. Славке не понравилось быть хмурым, и он весело улыбнулся своему зазеркальному близнецу. Малыша приятно удивило, как изменилось лицо, украшенное улыбкой, и он начал улыбаться на разные лады, а потом, когда это ему надоело, кроить рожи – то смешные, то глупые, то воинственные, как у дикарей из телевизора. И вдруг веселье закончилось – он заметил, что из глубины зеркала за ним наблюдало привидение. Оно было жутким – коричневым, рогатым, одноруким, с лицом на животе. На лице жестоким огнем горел прямоугольный глаз.
Славку парализовало – он не мог бежать, не мог отвернуться, не мог отвести взгляд, не мог даже позвать на помощь – привидение душило его, сковав мысль и тело. Малыш как-то сразу понял, что если он отвернется, привидение заберет через зеркало его душу. Еще секунда – и он упадет без сознания, а может, уже и без жизни. И тут он вспомнил, как мама однажды, когда он болел, что-то шептала, стоя на коленях у иконки, на которой был изображен нарядный дядя с длинными волосами, грустными глазами и с книгой в руке – Боженька Христос. Он запомнил только «Господи, помоги» и странное, похожее на перезвон колокольчика, слово «Аминь». Неведомо почему, но утром ему стало намного легче – температура спала, и он пошел на поправку. Славка попробовал произнести эти слова вслух – но привидение не давало пошевелить губами. Он попробовал более настойчиво – у него получилось. И еще, и еще – с каждым разом уверенней и лучше. И вот он с большим трудом отвернулся. Когда он поворачивал голову, его осенило: раз я вижу привидение в зеркале, значит, оно есть и на самом деле – за моей спиной. По спине вновь побежали мурашки, а футболка стала липкой, но с некоторым удивлением для себя Славка отметил, что ему хочется посмотреть в тот угол, где должно сидеть чудовище.
Никого! Странно. Только на вешалке висит мамин коричневый плащ. Один рукав у него виден, а второй нет, а прямоугольная пряжка и впрямь напоминает глаз. Надо сказать маме, что ее плащ умеет превращаться в привидение – нельзя надевать такую опасную вещь. Славка решил снять оборотня с вешалки и спрятать подальше. Но для этого надо принести с кухни табуретку, а пройти мимо зеркала Славка не решался. Тогда он вернулся в комнату, взял иконку с Боженькой, повторил заветные слова, достал из коробки с игрушками храброго космического рейнджера и отправился за табуреткой. Пулей промчавшись мимо зеркала с привидением, малыш заметил, что оно все еще сидело в углу, но выглядело не таким грозным и даже слегка напуганным. Чтобы еще сильнее напугать его, Славка, на долю секунды остановившись у зеркала, показал привидению икону и рейнджера, схватил табуретку, подбежал к вешалке и, держа Божий лик одной рукой, а рейнджера зажав под мышкой, принялся стаскивать мамин плащ с крючка. Изрядно посопротивлявшись, тот соскочил и, шурша, опустился на пол. Славка сгреб его в охапку и запер в кладовке. Он победил. Можно было идти завтракать. Славка хотел положить икону и космического воина на место, но передумал – мало ли что еще может произойти.