У Хулио Кортасара есть маленький рассказ «Мы так любим Гленду».
В нем повествуется о том, как поклонники актрисы Гленды Гарсон решают создать кружок её почитателей. Поначалу это счастливое сообщество людей, влюблённых в своего кумира. Они встречаются, обсуждают эпизоды из фильмов с участием актрисы. В кружок принимают всех «сочувствующих», потом устраивают отбор, потом в кружке начинают звучать редкие, но нелицеприятные замечания по поводу игры актрисы, хотя во всех неудачах кружковцы винят режиссёра или сценариста, или оператора.
Между тем, образ Гленды не должно, по их мнению, ничего затемнять, и они создают лабораторию, в которой, выкупая все тиражи плёнок с фильмами актрисы, изменяют неудачные, на их взгляд, эпизоды. Гленда должна быть стерильна от разного рода изъянов и несовершенств...
Тут более-менее опытный читатель говорит мысленно «что за черт, какая-такая лаборатория» и понимает, что перед ним не просто сюжет, а метафора. Метафора любви.
Подобно героям этого рассказа, люди идут в условный «кинотеатр» , под названием «Жизнь», где их ждут разные встречи, какие-то из которых перерастают в любовь. Поначалу человек окрылён чувством, он восторгается предметом своей любви , хочет всем и каждому о ней рассказать, как это говорят, «кричать о своей любви». Потом незаметно подкрадывается период сомнений и несогласий. Оказывается, что возлюбленный/ возлюбленная не идеальны. Но, конечно же, это можно исправить, поэтому создаётся «лаборатория», в которой люди тщательно зачищают «порочащие» эпизоды, подтасовывают факты и играют в «я сам обманываться рад».
«Гленда» не выдерживает этой стерильности, Гленда рождена была со своими особенностями. В конце концов, она имеет свои пороки, ставшие частью её личности. Лишенная их, она перестаёт быть сама собой и уходит со «сцены».
А потом, отстаивая своё право «играть» так, как хочет и умеет она, бросает вызов и возвращается в условный «кинематограф».
Но кружковцам не нужна такая Гленда, она не соответствует их представлениям о прекрасном, поэтому однажды они соберутся на своё последнее собрание и, не обмолвившись ни словом, молчаливо решат судьбу своей некогда большой любви.
«Мы так любили Гленду, что принесли ей в дар последнее, нерушимое совершенство. На недостижимой высоте, куда мы, восторженные, вознесли ее, мы убережем ее от падения; мы, верные ей, сможем поклоняться ей, не опасаясь обмана; живыми с креста не сходят...»
***
Сам ли ты пригвоздил себя на крест во имя большой любви к кому-то, или тебя - во имя великой любви к тебе, - исход один.
А живыми с креста любви сходят только избранные...
