6. Город, река и пыточный зал
В предыдущих главах я с детством и отрочеством разделался довольно ловко. Студенческую жизнь конца 60-х – начала 70-х годов приходится воссоздавать частями. И она, воссозданная, явно займет больше места. Надо б для затравки что-то вспомнить о самом городе, о тех декорациях, в которых проходила жизнь.
В 60-е годы Ленинград значительно разросся. Хотя многие еще продолжали обитать в коммуналках центральных районов, но владельцев отдельных квартир становилось все больше. В начале 70-х «хрущевки» уже не строили – появились более современные серии блочных домов. Расселяясь, так сказать, вширь, ленинградцы отдалялись от Невы.
В годы моей юности горожане к воде были более приближены. Когда река замерзала, по ней прокладывались пешеходные тропы и люди ходили по льду довольно активно. Нева фактически становилась пешеходной улицей. Летом популярной городской забавой было катание на лодках. Лодочные станции располагались и на Фонтанке, и на канале Грибоедова. Катание стоило копейки, оплата была почасовая. Для аренды лодки требовался паспорт или залог в три рубля.
Высшим пилотажем считалось, прогуливаясь, к примеру, с приятелем в центре города, познакомиться с девушками и позвать их кататься на лодках. В лодку, как раз, четыре человека и помещалось. Особой популярностью пользовался заплыв по каналу Грибоедова под Невским проспектом. Все звуки города исчезали – ты оказывался совершенно в глухом, темном месте, где царили эхо, скрип уключин и шлепки весел о воду.
Помню, как году в 69-м я катался по каналу Грибоедова со студентом Мишей Боярским и ленинградским мулатом Лёликом. Я тогда собирал гитарный ансамбль. И Боярский собирал.
- Хочу группу организовать, чтоб как «Биттлз», - говорит Боярский.
И я что-то хотел подобное. Мы катались на лодках долго, страстно обмениваясь своими мечтами, а после поехали ко мне на проспект Металлистов продолжать беседу. Я стал, не помню что, петь под гитару и выяснилось – голос у меня совсем не тенор, Пол МакКартни из меня не получится… Так ничего у нас с Боярским и не вышло. В итоге мною была создана поющая по-русски банда «Санкт-Петербург»
А Михаил продолжал создавать «Билз»! Прошло лет тридцать пять. Смотрю как-то во второй половине 90-х по телевизору музыкальный клип. Вглядываюсь с удивлением. Это же “Битлз”! Но, вот, узнаю Володю Ермолина. Еще Федорова из бывших “Поющих гитар”, а в шляпе - точно, Михаил Боярский. Поют, как битлы, прыгают и махают гитарами, как те в фильме “Вечер трудового дня”. Я тогда порадовался за Боярского. Слава богу - организовал!
В «белые ночи» набережные Невы оживали. На скамеечках напротив Адмиралтейства пели под гитару вовсе не барды, а настоящие местные битлаки. Они пели любимых битлов на голоса, и я регулярно ходил завидовать славе «прибрежных» гитаристов, да и старался запомнить аккорды, которые они брали. Народу на набережных собирались толпы. Метро в советские времена работало до начала второго ночи – всегда имелся шанс добежать до ближайшей станции и успеть на последний поезд.
Ленинградцы тянулись к Неве еще и потому, что на реке располагалось множество плавучих ресторанов с коктейль-барами. Помню такие напротив Академии наук. Напротив Адмиралтейства. Рядом со стадионом имени Ленина – стадион сейчас называется «Петровским». Почти с каждым из этих общепитовских учреждений связана какая-нибудь занятная история.
Вспомню одну из них. Это уже начало 70-х. Дабы обрести полную свободу я перевелся на заочное отделение, хотя продолжал иногда ходить на лекции с дневниками. Несколько прогрессивных студентов с волосами до плеч, среди которых я точно помню Олега Савинова, имеют задолжности по летней сессии. И вот, в начале июля мы сдам последний экзамен, получаем на руки зачетки, начинаем довольные фланировать по Васильевскому острову в поисках развлечений. Заканчиваем историю в плавучем коктейль-баре напротив Академии наук. После очередного коктейля Олег неожиданно сообщает:
- Сегодня же 4 июля – американский национальный праздник. А я утром видел объявление на столовой, что группа американских студентов-практикантов приглашает всех ленинградских студентов на вечеринку. Кроме нас тут никого. Пойдемте-ка поддержим честь советского флага.
Нас человек пять. Мы хоть и опасаемся идти на встречу с американцами, но после коктейлей решаемся на вольнодумство. В конце-то концов звали всех желающих!
Огибаем Двенадцать коллегий и входим в столовую номер четыре. Мы волосатые и джинсовые, как американцы. Никто нас не задержал и мы на вечеринку проникли. В полумраке столовой под ударные песни группы «Криденс Клиарватер Ревайвал» вытанцовывало несколько дюжин молодых людей. Узнавались в гуще и советские студенты. Это были моложавые парни в строгих костюмах – что-то вроде студенческого спецактива-спецназа. Думаю, это танцевало, создавая благожелательный имидж Родине, все нынешнее руководство Российской Федерации. Ведь и Путин, и Патрушев, и много кто еще учились в Ленинградском университете в одно со мной время. Вечеринка проходила предельно демократично. Но когда кто-то из нас заговорил по-русски, либерализм закончился. Спецактив-спецназ нас вычислил и с вечеринки вытурил. Впрочем, без каких-либо последствий.
Продолжение тут
- Предыдущая глава
- Спасибо, что дочитали до конца! Если тебе, читатель, нравится, жми палец вверх, делись с друзьями и подписывайся на мой канал!