Семь лет назад появился в нашей семье шарпей по имени Прохор!
Добрейший парень, в меру игривый, очень преданный и чуток ревнивый!
Всех нас обожал до беспамятства, ждал когда вернемся с работы, точно зная время возвращения!
Начинал суетиться еще когда я или супруга были только на подъезде к дому.
Мы жили за городом, и дети приезжали только на выходные.
Так Прохор ждал этих выходных и уже к вечеру пятницы места себе не находил! Выбегал во двор и сидел ждал ребят.
К соседям относился очень дружелюбно, радовался встречи с ними искренне.
А вот с живностью местной как-то не заладилось у него!
Ежики приходили за яблоками, так он всегда их находил и хватал! Ежи обычно были крупные и Прохор ничего с ними сделать не мог, но бока видимо мял слегка...
Ежа мы конечно изо рта у него вынимали и относили к оврагу, а Прохор с исколотым ртом и губами бегал потом по участку и искал чужака!
Пришлые голодные коты по осени, когда поселок пустел, очень раздражали нашего пса! Не раз приходилось отдирать одного рыжего разбойника, от морды Прохора, пока тот держал его зубами.
А гостившего у нас попугая, он вообще пытался утащить куда-то вместе с клеткой!
Но была у Прохора лучшая подруга!
Сторож поселка завел нечто похожее на овчарку, назвали Рада, и они с Прохором были ровесниками. Раду стерилизовали и они с Прохором при встречах устраивали совершенно безумные и веселые игры. Ходили в гости к друг-другу и вместе гоняли котов!
Но надо отметить, что ни Прохор, ни Рада никогда не обижали котов и других собак при хозяевах!
Бывало зайдет Прохор к соседям, а у них кот сидит на грядке. Так наш пес морду отвернет и бежит к людям поздороваться. Но если мимо калитки идем, а там на участке сидит одинокий кот, то облает обязательно!
Когда Прохору было месяцев семь, познакомился он с парой огромных американских овчарок (пароду я так и не выучил!).
Американцы были погодки- два и три года! Держал их наш хороший знакомый, в своем большом доме на другом краю поселка!
Гуляли они всегда спокойно, на поводке по территории. А после октября, когда в поселке оставалось только несколько обитаемых домов, то собаки бегали без поводка.
Первый раз Прохор встретил их летом, будучи совсем щенком. Они обнюхались и вдруг один из американцев сильно напрягся!
Сергей (хозяин американцев) резко натянул поводки и оттащил обоих волкодавов подальше от нас!
Мы удивились, а Сергей сказал, что ребята друг-другу не понравились! Почему - загадка!
Потом мы пару раз встречались и всегда был напряг!
Тогда мы решили договариваться о времени прогулки и маршруте, чтобы не пересекаться!
Так и повелось!
Однажды морозным и солнечным январским утром мы с Прохором пошли гулять.
Я наверное время не отследил, и мы вышли на пять минут раньше согласованного срока!
И на одном из перекрестков нам навстречу выходят эти здоровенные ребята и Сергей!
Прохор был не из робкого десятка, поэтому хвост не поджал, а даже зарычал чуток.
Один из американцев неспеша подошел к нам и молча схватил Прохора своей клыкастой пастью за загривок! Тут же подлетел второй и схватил моего пса за ногу!
Я бросился их разнимать, Сергей тоже, но остановить этот кошмар было уже невозможно!
Они рвали из Прошкиного тела куски шерсти с мясом! Прохор защищался как мог! Сергей хватал своих злодеев за шкирку, но сил не хватало! Я орал и пытался накрыть Прохора своим телом, а они кусали меня и вытаскивали его из под меня!
Прохор до этого момента вообще никогда не скулил! Лаял, рычал, сопел, но не скулил!
Но сейчас, когда ему начали отгрызать хвост, он первый раз заплакал! Видимо даже не от боли, а от обиды!
Длилось все это бесконечно долго! Потом Сергею удалось оттащить агрессоров и привязать к забору. Сам он без сил осел на снег и облокотился на тот же забор.
Прохор, оставляя капли крови на снегу поплелся домой.
Я тоже весь в ранах, хромая пошел за ним...
Идти надо было около 600 метров!
Я с трудом набрал по телефону супругу и он побежала встречать собаку.
Потом мы помчались в клинику, где Прохору наложили 21 шов!
Морда, голова, спина и хвост были просто изуродованы!
Домой мы привезли обритое, в швах и шрамах еле живое существо, обмазанное какой-то фиолетовой жидкостью!
Сказали, что критические будут первые два дня.
Я спал на полу рядом с люлькой собаки и постоянно контролировал его состояние!
Себя я обработал сам, хотя раны были глубокие.
Сергей старался хоть как-то мочь, оплатил операцию и лекарства.
Но когда он приходил нас проведать, Прохор всегда грозно рычал, хотя толком и ходить еще не мог!
Потом он поправился и еще четыре года дарил нам счастье!
Но полтора года назад, на семью обрушились всякие напасти!
Прохор пытался взять все наши переживания на себя, забрать боль своих любимых людей.
Он исхудал, потерял аппетит, почти не пил воду!
И вскоре у него просто не выдержало сердце! И когда оно рвалось, то он заплакал второй и последний раз в жизни, умирая у меня на руках...
Ему не было шести лет, когда он ушел...