хорошо или плохо, что наши прославленные мэтры сидят на больших должностях до самой смерти
Как известно, пенсионный возраст на людей творческих профессий не распространяется. Могла танцевать Плисецкая почти до 70 лет – танцевала (пусть и специально адаптированную под нее хореографию). Мог Владимир Зельдин выходить в 100 лет на сцену театра – выходил.
Но для всех ли такое «долгожительство» в профессии является оправданным? Я сейчас говорю о режиссерах и худруках известных театров.
В 2018-2019 гг. мы простились со многими прославленными режиссерами. Ушли Олег Табаков, Марк Захаров, в последние дни 2019 года не стало Галины Волчек.
Все эти люди являются бесспорными талантами и гениями, подарившими миру множество ярких ролей, фильмов и спектаклей.
Всегда жаль, когда уходят такие личности, но, увы – таков естественный ход жизни. И Олег Павлович, и Марк Анатольевич, и Галина Борисовна прожили долгую, яркую и, я надеюсь, счастливую жизнь (профессиональную так точно). Все они дожили до преклонных лет и скончались, когда им было далеко за 80. И все они долгие годы, до последнего дня своей жизни оставались бессменными руководителями известных театров.
Но оправдано ли такое долгожительство?
Как мне кажется, все они до неприличия долго засиделись на своих должностях, принеся в последние годы своим театрам не пользу, а скорее наоборот. Я не говорю о явной деградации (чай, хороший театр с историей не на одном худруке держится, там обычно собирается много ярких талантов), но и какого-то творческого прогресса в жизни этих театров не наблюдалось.
Я понимаю, что пожизненное занятие должности худрука – это своеобразная дань уважения их прошлым заслугам. И не надо тут говорить, что они работали до последнего, потому что на российскую пенсию просто невозможно прожить. Им-то как раз можно было прожить запросто. У таких заслуженных деятелей искусства довольно много выплат за все их многочисленные заслуги перед обществом и государством, поэтому прибавка к пенсии за все их звания народных и заслуженных капает нехилая.
Например, в 2019 году газета.ru опубликовала некоторые цифры прибавок к пенсиям деятелей культуры. Только за одно звание народного или заслуженного артиста столичные власти выплачивают по 30 тыс. рублей ежемесячно (и это не сама пенсия, а прибавка к ней). Неплохо капает и за всякие ордена «За заслуги перед Отечеством». Так что все наши прославленные режиссеры обеспечили себе вполне небедную старость.
Так что не за деньги они там держались. А за что?
Понятно, что творческому человеку на пенсии банально скучно. Но ведь и их никто на грядки на дачу или смотреть внуков не загонял. Можно ж придумать для них пожизненные должности каких-то почетных президентов или советников?
А так, как бы нам всем не хотелось, в 80 лет, а в большинстве случаев уже и после 70-ти, человеческий организм перестает работать продуктивно во всех сферах – и умственно, и физически. Что все вышеперечисленные деятели своим примером и подтвердили.
Вот что выдающегося они сделали для культуры последние 10-15 лет своей жизни? Сняли какое-то запомнившееся кино? Поставили гениальные спектакли, которые становились настоящим событием, на которое валила вся Москва и на которые невозможно было купить билеты? Как, например, были событием исторического масштаба почти все постановки Любимова в 1970-х на Таганке или «Юнона и Авось» того же Захарова.
А ведь должность худрука – это не только и не сколько про творчество, сколько про управление людьми и руководство целым большим коллективом.
После 70 лет у большинства людей начинается естественное угасание всех жизненных функций.
Олег Табаков еще с осени 2017 года находился в больницах в состоянии полукомы и комы. Ему в это время было явно не до театра, в котором началась борьба за задвигание на заслуженные вторые-третьи-десятые роли всей его многочисленной родни, чей творческий талант явно уступал таланту самого мэтра.
В «Ленкоме» на первый, видимый взгляд, страсти кипели меньше, чем во МХТе Чехова и «Табакерке». Потому как из родни у Марка Анатольевича была только единственная дочь (даже внуков не было), да и талант у Александры хоть какой-то, но всё же и был. Но и его, по мнению некоторых критиков, было мало для того, чтобы занять место ведущей артистки такого прославленного театра.
Как бы там ни было, в последние годы Марк Анатольевич выглядел очень слабым и уставшим, и заметного следа в творческой жизни Москвы его постановки в это время не оставили. Но спасибо за прошлое, это было и осталось с нами в памяти навсегда.
Аналогичное можно сказать и о Галине Волчек, передвигавшейся много лет в инвалидном кресле. Увы, но в последние годы в «Современнике» не было поставлено ничего, сопоставимого по значимости и успеху у зрителей, какой имели, например, «Двое на качелях» или «Три товарища».
И это еще не самые худшие примеры. Здесь, во всяком случае, внешне всё выглядело достаточно пристойно, без скандалов, полоскания грязного белья, прилюдных скандалов с бывшими возлюбленными и подачей на них в милицию заявлений за потерянные или украденные миллионы. Как, например, случилось с Арменом Джигарханяном и Виталиной Цымбалюк.
А вспомните, каким некрасивым оказался уход Юрия Любимова, до сих пор омрачающий память о нем.
Вообще, молодые (пусть даже относительно) пассии престарелых великих режиссеров – то еще зло. Нельзя им давать в руки власть, которая начинает потихоньку выпадать из немощных старческих рук уходящих гениев. У которых критическое мышление начинает постепенно отмирать вместе с угасающим разумом.
В общем, уходить надо вовремя, невзирая на все прошлые заслуги.
Понравилась статья? Ставьте лайк. Хотите первыми узнавать о новых материалах? Подписывайтесь на канал.