Но безжизненно пусть блестят, поверженные наземь листы, да те, что еще шелестят, лучистой же полны чистоты,- нисходит холода коль мгла, изнанку оголив тепла, как молния томления золою, вдруг станет, к яркому глуха,- изнемогая золотою мглою, заката музыка тиха, не зря за огненною той стеною, что по ту сторону стиха.
Но безжизненно пусть блестят, поверженные наземь листы,
да те, что еще шелестят, лучистой же полны чистоты,-
нисходит холода коль мгла, изнанку оголив тепла,
как молния томления золою, вдруг станет, к яркому глуха,-
изнемогая золотою мглою, заката музыка тиха,
не зря за огненною той стеною, что по ту сторону стиха.