Недавно было объявлено о новом положении стрелок «Часов Судного дня». Стрелка сдвинулась на 20 секунд, и теперь Часы показывают 23:58:20. До полуночи, означающей глобальную катастрофу, осталось ровно 100 секунд. Что это значит? Разбираемся.
А ведь как красиво всё начиналось, когда в 1947 году, практически сразу после завершения Второй мировой войны журнал Чикагского университета «Бюллетень учёных-атомщиков» организовал проект «Часы Судного дня». Тогда казалось, что подобные часы станут отличным барометром, способным указать приближение бури третьей и, возможно, уже последней мировой войны.
Журнал, кстати, малоизвестный, но достаточно значимый. В нём публиковались не только многие создатели американской ядерной программы, но и другие известные учёные: Макс Борн, Альберт Эйнштейн, Роберт Оппенгеймер, Бертран Рассел, Лео Силард, Эдвард Теллер, Николай Семёнов. А первым его редактором, кстати, был выходец из российского Санкт-Петербурга Евгений Моисеевич Рабинович. Учёный-биохимик, он эмигрировал в Германию, после прихода к власти нацистов — в США.
И двух лет не прошло, как отгремела Вторая мировая, мир основательно потряхивало, военные переписывали планы нападения и обороны на случай новых военных конфликтов, а весь остальной мир пытался отрефлексировать появление нового ультимативного оружия — ядерной бомбы. Ядерщики, в отличие от военных, уже понимали опасность такого вооружения, а потому выставили на часах 23:53. Семь минут до полуночи, под которой все понимали Третью мировую и ядерный катаклизм, уничтожающий всё живое.
К слову, никаких часов никогда не было, это только изображение на страницах журнала. Правда, в фильме «Хранители», их предпочли показать в виде большого и наглядного макета.
Шло время, жизнь на Земле становилась то хуже, то лучше. Постепенно выяснилось, что «Часы Судного дня» как минимум сильно отстают от реальной ситуации. Например Карибский кризис, — когда мир во всём мире буквально висел на шнурке ботинка Никиты Сергеевича Хрущёва, часы показывали без семи минут полночь.
Затем стало понятно, что часы достаточно избирательны в угрозах. Война в Афганистане, когда туда зашёл СССР, сильно приблизила наступление полуночи, но, когда в Афганистан вошли США, а ещё через два года начали военную кампанию в Ираке, часы предпочли не заметить этого. Равно как и конфликт во Вьетнаме, тоже не сильно отразившийся на изменении ядерного времени. В общем, как обычно: кто часы заводит, тот и за точность отвечает.
Но если раньше «Часы Судного дня» больше коррелировали с мировой ядерной угрозой, то в последние годы в их механизм нанесло всякой другой дряни. Часы стали реагировать на отношение Трампа к климату, выступления Греты Тунберг и прочие неприятные, но имеющие опосредованное отношение к ядерной войне вещи.
Вот и сейчас часы подкрутили из-за фейков в интернете и «невозможности борьбы с изменением климата». С 2017 года часы впервые стали сдвигать на время меньше минуты. А что делать? На часах без трёх минут полночь, хотя вокруг с точки зрения ядерного конфликта далеко не самая опасная ситуация. Вот и приходится выкручиваться как только можно.
В итоге обидно — прекрасный наглядный хронометр, пусть и не сразу, стал скорее флюгером, используемым в корыстных целях. А сама ситуация начала жутко напоминать историю про мальчика, который кричал «Волки!». Если жить «без минуты Армагеддон» много лет, то наверняка привыкнешь и к этому — и вот тогда появится реальная опасность проспать этот самый конец света. Не надо так!