Ежедневный ритуал помогал справится с легкой, почти незаметно даже для самых близкий, депрессией. Каждое утро она, только опустив босые ноги с постели одевала свои пуховые тапочки. Без них по утрам она чувствовала себя словно стоя на льду, босая, посреди степи. По дороге в ванную комнату она включала свет во всей квартире, чтобы не смотря на полную темноту, которой отличались зимние утренние часы, ей казалось, что солнце уже встало. Заходя на кухне она тут же включала кофеварку, чтобы сразу после душа выпить чашку бодрящего, прямо - таки обжигающего кофе.
Ни разу она не пропустила ни малейшей детали из созданного ею же графика. И этим утром было все точно также. За исключением того, что душу ей бередили воспоминания о вчерашнем рабочем дне. Даже не о дне, а о конфликте с коллегой по работе. Та категорически отказывалась оплачивать уже оказанные услуги для подрядчиков. Надо сказать, что все заранее было согласовано. Но неожиданно, тридцатилетний сын главы компании улетел на отдых в Таиланд и потратил значительную часть денежных средств. Не то чтобы фирм была банкротом, нет. Просто папа так рассердился, что решил эти деньги вычесть из бюджета фирмы. А так как все отделы кроме отдела рекламы возглавляли сыновья или друзья друзей, то отыгрались на ней и ее отделе. Денег на оплату заранее согласованных работ просто не стало. Исчезли в хмельном бреду туриста в Таиланде.
Заворачиваясь в теплое полотенце и начиная готовить себе кашу она задумалась о том, что именно ее беспокоило больше всего: глупость, несправедливость или недальновидность такого поступка? О том, что подрядчики с ними перестанут работать речи не шло. В России все привыкли к таким поступкам и смолчав, и покрыв расходы за счет других снова будут работать дальше.
Несправедливость по отношению к ней? Нет, она уже давно привыкла, что в связи с полным отсутствием полезных связей у нее всегда старались отобрать последнее. Пока уж она не начинала скандалить. Именно поэтому за ней прочно закрепился образ скандалистки, а она тем временем смогла хоть как-то выполнять возложенные на нее обязанности. С дыркой от бублики в виде бюджета или даже без нормального дизайнера на рынке рекламы особо делать нечего.
Нет, все это она пережила давным давно. Больше всего ее беспокоили последствия. Именно отсутствие рекламы привело фирму несколько лет назад на грань банкротства. Никакие ее слова, прогнозы и наглядная демонстрация не помогали. Только из чувства противоречия ей с “барского плеча” отправили небольшую сумму на рекламу. И клиенты словно ожили. Руководство, не веря своим глазам тут же дало еще чуть-чуть и фирма оправилась от долгов и даже расширила штат в несколько раз.
Но достижения годовой давности теперь не имели значения. Все забылось и вернулось на круги своя. Потому в недалеком будущем она ожидала очередных проблем.
Въезжая на парковку, свое любимое и почти всегда свободное место по утрам она обдумывала возможность поговорить с генеральным директором о сложившейся ситуации. Мало ли. Вдруг он поможет? Пойдет на встречу. Ведь именно его благосостояние стоит на кону.
Но воспоминания о том, как ей пришлось увольняться из всех предыдущих компаний именно после таких честных и открытых разговоров заставило ее передумать. Получать зарплату и пересидеть зиму, пусть даже с возможностью снова получить задержку заработной платы, пугало ее меньше, чем очередной этап глупых собеседований с самоуверенными кадровыми специалистами.
Реальный образ жизни в офисе, корпоративные отношения и этика сломали ее характер, сделав из нее не саботажницу, а скандалистку, да и то если сильно допекут.