Вроде бы всего один вагон, а сколько в нём историй и судеб.
Одни стремительно спешат в отпуск, другие – хотят поскорее встретить родных, которых не видели уже несколько лет. Третьи и вовсе настолько полюбили командировки и плацкарт, что уже не видят свою дальнейшую жизнь без этого. И таких одних, других, третьих, пятых, десятых превеликое множество.
Я лежал на своей излюбленной верхней полке у туалета и наблюдал за каждым попутчиком. Но нельзя было подавать виду, ибо тогда меня с лихвой приняли бы за маньяка, поэтому я делал это весьма аккуратно. Порой читал книгу или одним глазом смотрел в телефон. Но никакая книга и в подметки не годится тем историям, что происходят тут. Прямо сейчас. В сию минуту. На твоих глазах.
Подо мной, полкой ниже, сидели те ещё кадры. Пьяные дамочки. Это всегда весело. Как же от них разило дешевым портвейном и словоблудием. Но в них определено что-то было. Я краем уха слушал их разговор и вот что выяснил из него.
Все мужики - конченные мудаки. Никакой демократии в мире, да и нашу страну к чертям разворовали ещё в далекие 90-е.
Напротив меня сидела в смартфоне скромная неприметная девушка, которой больше нашего повезло с местом в этом вагоне. Боковушка у туалета. Что же ещё нужно для счастья? Уверен, она и сама рада этому. А когда сел у неё тот самый гаджет, то она боялась подойти к нам и поставить его на зарядку. Уж больно сильно эти леди напугали своим перегаром. И вот весь вечер, мучаясь от скуки, она пыталась уснуть, ибо без телефона для неё жизнь - сплошное мучение и только. Газеты и журналы уже не в моде, а обычные беседы ей чужды. Смартфон всему голова!
В проемах между людьми бегал чей-то милый пёсик, который раз за разом поднимал мне настроение. В этом вагоне он был веселее и адекватнее многих. Когда я шёл за стаканом чая, то выразил симпатию хозяину, сказав, что у него чудный питомец.
Несколькими местами правее сидела пожилая парочка, которая занималась только тем, что ела. Больше они ничем не занимались, да и, видимо, не умели ничего делать, только как тщательно пережёвывать свои съестные запасы. Запах разил такой, что, уверен, и в соседних вагонах знали о том, что находится на их столе. В тот день все было по стандарту: курица, картофель и сваренные яйца. Классика жанра.
Я завидовал этим славным ребятам, точнее, их еде, ибо у меня в закромах была лишь бутылка воды. Я бы не прочь купить еду у проводника, но налички у меня не было, а о картах они и отродясь не слышали. Пришлось украсть немного еды со стола тех влюблённых, пока они спали. Думается, они ничего и не заметили даже. Еды в сумке у них было ещё на пару-тройку лет вперёд.
А ещё в проводницах у нас была совсем ещё юная особа Надежда, которая битый час надоедала людям. Да, она хотела помочь и сделать их поездку комфортной и приятной, предлагая им кофе и сканворды, но ее чрезмерная забота переходила всякие границы. Обо мне мама дома заботится меньше, чем она. Ну, серьезно.
Я все-таки наскрёб 43 рубля мелочью и на одной из станций в ларьке купил прошлогодний затрёпанный Сникерс. С голодухи он был бесподобен, и не важно, что его произвели ещё в эпоху мезозоя или даже чуть раньше.
За чисто символическую плату в 150 рублей в туалете нашего вагона почему-то разрешалось курить. На миг я подумал, что это неплохая подработка. Калым. В туалет всегда была очередь, а в конце вагона проводники вовсю подсчитывали свои миллионы, а порой и миллиарды.
Ночью я крепко уснул, хотя порой просыпался от того, что кто-то из проходящих куряг головой задевал мою ногу. А порой кто-то и попросту поднимал её, дабы пройти в заветную курилку. Но все же сон у меня был под стать зимнему медвежьему.
Утром, в 5:35, если быть точнее, я проснулся-умылся-взял ещё один сырок со стола тех обжор и вышел из вагона. Там меня уже ждали родные и близкие, по коим я очень сильно скучал.