Пуру вместе с Анасуйей тайком, на лодке, отправляется в Поурав. Зачем он берет с собой беспомощную женщину туда, где совершенно точно придется прятаться, бегать и драться -- непостижимо для европейского ума. Не исключаю, что для индийского тоже. В последний момент приходит Лачи и напрашивается с ним. Если возьмет, хоть будет кому присмотреть за Анасуйей!
Хасти рыдает над своим, как ему кажется, загубленным детством: теперь ему все ясно, отец любил Пуру больше, потому что тот -- принц! То, что Притха всю жизнь облизывала Хасти, а для Пуру была злой мачехой, в счет как-то не идет. Приемный брат -- величайшая боль и страдание его жизни! И он отомстит! Как? Он расскажет правду! Молодец, действуй, Хасти! На берегу Пуру бесконечно долго прощается Лачи -- может, даже успеешь!
Успел. Прячется и молчит, смотрит, как Пуру уезжает (Лачи не взял). Решил, что лучше будет озвучить подслушанный секрет в Поураве. Интересно, кому он там собрался об этом рассказывать? И как? Выйти на площадь и заорать: "Пуру -- здешний принц!"? Ну допустим, тебя не примут за психа. Интересно, кто тебя в этом случае прикончит раньше -- Шивдатт или Канишка? Или Рипудаман, узнав, процитирует Тараса Бульбу?
В Поураве назревают интересные события -- после длительного перерыва открывается Арена состязаний. Глашатаи обещают феерический поединок между командами Поурава и Персии. Цари приветствуют народ, народ -- царей. Бамни насторожен, Дарий -- сама любезность.
Выходят бойцы. Состязание заявлено как дружеское, но их оружие не выглядит гуманным. Персидская команда, выходя, эффектно сшибает колонны со светильниками. Интересно, из чего строят в Поураве? Из пенопласта?
Персы крушат все, орут и вообще изо всех сил демонстрируют, какие они страшные. Так нарочито, что делается смешно. Но персидская часть зрителей в восторге. А вот индийцы встревожены. Дарий сдержанно аплодирует. Бамни... у меня крепнет подозрение, что Анасуйя ему двадцать лет назад вместе с челкой всю уверенность в себе обкорнала. Дарий замечает Моисею, что предстоящее сражение будет идти более в умах, чем на арене, и что мысленно индийцы уже проиграли... Было б кому! Мистер Тэ, поверьте мне, несколько холодных профессионалов-Бессмертных смотрелись бы куда страшнее, чем эти клоуны.
Анасуйя просыпается в лодке и пугается. Пуру извиняется за то, что хотел забрать ее из привычного ей мира и обещает отвести в Поурав. Слово "Поурав" вновь заставляет ее насторожиться и задуматься, но память не возвращается. Одно не пойму, благодетели бхутовы, неужели трудно было хотя бы умыть ее, причесать и одеть в нормальную одежду? Чай не обеднели бы от одного сари. Нет, пусть так и бегает в серой простыне, растрепанная и с чумазым лицом!
Дочь Дария бросает кольцо персидским борцам. Канишка хочет сделать то же, чтобы выпендриться перед девушкой, но получает нагоняй от отца: предстоит схватка за честь Поурава, болеть надо за своих, а не за противника, и не смотри, что состязание заявлено как "дружеское".
Пуру где-то стащил два одеяла и вновь намеревается просочиться в город через речные ворота, где его во-первых должны уже знать как облупленного, а во-вторых -- гарантированно ждут. Непонятно: там никаких других ворот нет? Хорошо еще, сообразил, что прежде чем идти вытаскивать Сумера, нужно позаботиться о безопасности Анасуйи. Вот слава Шиве, дошло наконец!
В это время Рипудаман также запоздало соображает, что нельзя было отпускать Пуру с Анасуйей в Магадху, ибо куда там денется одинокая больная женщина с разумом ребенка. С первого взгляда на нее понять это было нельзя? Рипудаман вместе с Пуру, не иначе, жирафами были оба в прошлой жизни...
В общем, генерал собирается следом за Пуру, жена вновь выговаривает ему, что следовало давно сказать Пуру правду, тут является Хасти, сознается, что подслушал, и напрашивается с отцом, лелея коварный план рассказать всем, что Пуру -- принц. Хотя как он этот план решил воплотить -- все еще непонятно.
Пуру с Анасуйей просачивается мимо стражи и лично Шивдатта, по счастью смотревшего в этот миг в другую сторону... и тут ему приходит в голову, что он должен обозначить для Шивдатта свое присутствие. Дескать, пусть вражина знает, что я принял вызов! Под предлогом "игры в прятки" засовывает Анасуйю в недра какого-то деревянного портового строения и отправляется дразнить Шивдатта...
Пуру, ну елки ж зеленые! Подумать, что имея на руках беспомощного человека, затевать такие забавы не стоило бы -- слишком сложно? Ох, я уже не удивляюсь, что Александр разнесет тебя в пух и прах при Гидаспе. Ибо ты самоуверенный, безответственный дундук!
Продолжение следует...