«ЧТО ЗА ПРЕЛЕСТЬ ЭТИ СКАЗКИ!» (Александр Сергеевич ПУШКИН)
Рукописи, как известно, не горят. А поэты не умирают.
Вот и А.С. Пушкин просто перешагнул порог и, потянувшись, щурясь на яркое солнышко, вдохнул полной грудью ароматный воздух Лукоморья…
Кот Василий сидел на цепи. Цепь была толстой, отполированной за многие столетия мягким кошачьим брюхом, пушистым хвостом и кожаными подошвами лапок до зеркального блеска.
Климат в Лукоморье был мягким, средиземноморским, поэтому цепь не раздражала теплолюбивого выходца из Та-Кем, а приятно холодила ему то, что он, частенько, от безделья тщательно вылизывал.
Ветерок покачивал цепь, баюкал Василия, и он лениво мурлыкал эстрадную песенку, принятую из Космоса его усами-антеннами. Ходить направо-налево не было необходимости: двенадцатичасовой рабочий день закончился, и шустрые арапы внизу с весёлым смехом сметали в корзины конфектные фантики, русалочью чешую, мышиные хвосты и прочие загрязняющие территорию Дуба Того предметы, как то: гусиное перо, чинённое рукой Пушкина, резец для малахита, забытый Бажовым и плеть-семихвостку затянутой в кожу и цепи британки с непроизносимым именем Джоанлинг.
Туристы разошлись, близилась ночь. и Василий подумывал, не отправиться ли ему к избушке Бабы Яги, где на днях появилась прелестная и соблазнительная чёрная кошечка. В принципе, нужно было поторопиться со знакомством, пока кошечка не набралась блох и глистов в доме нечистоплотной старухи. Но лень, лень было спускаться с уютной цепи, спускаться, царапая кору Дуба Того наманикюренными когтями, бежать, распугивая лесную живность к домику соблазнительницы и орать там серенады. Завтра же снова на службу...
Василий достал из дупла деликатес и, прожёвывая мышиный хамон, забормотал рифмы к новой былине, почёсывая задней ногой лысеющую голову. Творчество в его возрасте приносило гораздо большее удовольствие, чем приключения тела...
Читатель, на чтенье потративший день!
Надеюсь, меня ты услышишь:
Оставив врагу расслабленье и лень,
Ты здесь комментарий напишешь!
И, лишь написав, погрузишься ты в сны,
Лишь после закроешь ты глазки!
А я, в благодарность, для нашей страны
Писать буду новые сказки!
Твоя Гретхен