Прелесть моего кабинета – это выход на собственный балкон. Так бывает иногда закроешься изнутри, плеснешь Шеридана в кофе и пойдешь пару сигареток курить, осматривая этот мрачный город.
Я работаю на высоком этаже и часто, смотря вниз, испытываю сильное чувство страха. Я вообще боюсь высоты, дневник, чего греха таить. Не так, конечно, как счета стоматолога после того, как эта стерва просто решила поковыряться в черной точке, а провалилась в бездну кариозного отчаяния, но тоже где-то в этих просторах первозданного вопля. Ну не может же зуб выходит в семеру косарей? Неужели у нее тоже ремонт в ванной?
Вообще, ванная и чертов сральник давно стали причиной моих порушенных отношений и несостоявшихся встреч. Вспомнить того же моряка, который краны не сделал, мужа, которого я в инфекционке бросила, предложив развестись, или типа с сайта, который отменил встречу из-за, сука, ремонта труб.
Я не утверждаю, конечно, но у них там что – кнопка стоит красная? Которая загорается каждый раз, когда на их полном форели водном пространстве, появляется побитый парусник, с разрушенной плесенью мачтой, спешно замазанной тоналкой, и обвисшими парусами моих Second Hand ягодиц?
Типа, рыбацкая утлая лодка «Люсия» приближается слева – вырубить водоканал и вызвать сантехника. Мы не должны с ней столкнуться в лобовое, иначе будем ебать из жалости! – так это происходит, дневник? Неужто я Ассоль, которая только на минуту отошла ебнуть чашку винишка для согрева на морском бризу, а эти Алые Паруса пролетели вдаль, оставив только следы мазута и парочку беременных портовых шлюх?
Ну видимо, чего уж там. Кстати, ты заметил, что меня прет на морскую тематику?
Не могу видимо отпустить еще какие-то незавершенные гештальты. Я не про моряка, дневник, а про Турцию, в которой так и не побывала в прошлом году.
В моих наушниках на репите играет «Позови меня с собой» в оригинальном исполнении. Некто Снежина своим тонким голосом умудряется создавать куда большую печаль, чем каркающая Пугачева. Есть какой-то сатанинский смысл в этих свежих голосах. Если верить в религию, Антихрист будет таким же – милым, андрогинным и с нежным голосом. Он будет всем нравиться и поведет во тьму.
В принципе, уже на описании ясно, что карьеру на этом поле мне не построить. Горы сигарет сделали свое дело, слегка расслоив в прошлом милый голосок.
Да и нравиться у меня не получается.
Я же не ванная.
Ветер прохладный. Наверное скоро пойдет снег. Со стороны Александровки идет большая туча, надеюсь, она несет с собой зиму. Нет, я не люблю ее. Просто снег обладает магическим свойством прятать всю грязь, убожество, плевки и тонны мусора своим белым покрывалом.
Вот бы и меня он также спрятал. Укутал волшебным пледом. От этой дряни, ненависти к себе и злобы на мир.
Я хочу укутаться в это платье холода и беззаботности, скрывшись от закольцованных мыслей собственной ничтожности. Растворится ветром и обрести покой.
Дневник, я не знаю больше, что делать.
Мой взгляд опустился. Там внизу был асфальт, стояли машины, безостановочно лаяла какая-то дворовая псина.
Пустобреха – прошептала я, смахивая очередную переписку в корпоративном мессенджере. Там, в чате, от меня требовали планов на ближайшие полгода, конкретики моих действий и четких целей.
Боже, дневник, это так глупо. Требовать этого сейчас от меня. Все равно, что от наркомана требовать пару опусов на тему ЗОЖ.
Посмотрела вниз. Моя нога медленно поднялась, но не смогла запрокинуться на бортик.
- Растеряла растяжку – промелькнуло в голове.
Я подтянулась, слегка припрыгнув и взобралась на перила. Ветер начать дуть мне в лицо сильнее. Сердце заколотилось так бешено, будто я снова впервые вижу А. через пару месяцев после расставания в суде, где мы получали наши решения по разводу. Я физически почувствовала адреналин, побежавший у меня в крови.
Высота уже не пугала, она манила. Я уселась на перила и смотрела вниз. Таблетки подействовали, у меня прошла танатофобия. Вот уже неделю живу без приступов, да и вообще без сильных эмоций.
Свобода. Страшно только сейчас. Там будет полет, забвение, тишина. Сделай же, ну! Одинока, бездетна, бессмысленна, пуста. Нет квартиры, нет будущего, родителей, перспектив, свободы, памяти другим. Ничего за пределами офисного кабинета. Забытая гудящая полость
Нет ничего. Снег укутает тебя одеялом.
Какая лирика, дневник, идет в голову в этот момент. Тупая, шаблонная хуйня из дешевых романов.
Сердце колотится. Я смотрю вниз. И не могу оторваться. Это взгляд змеи. Тебе страшно, ты жертва, ты питание. Ты должна бежать, спасаться, бороться, но ты смотришь. Он смотрел на меня своим побитым машинами покрытием, но это был он – тот самый взгляд.
Руки стали трястись, я потихонечку съезжала вниз, корпус накренился вперед, воздух засвистел, скорость была сумасшедшая.
Жизнь не пролетела перед глазами, мыслей не было, и было страшно до конца. Ужас сковывал сердце тисками. Секунда, вспышка боли, ноги..
Прелесть моего кабинета – это выход на собственный балкон. Так бывает иногда закроешься изнутри, и хорошо что я не закрылась сегодня.
Я смотрела вниз тупым взглядом фанатика, когда зашла сотрудница с очередными документами.
- Можно сигаретку, раз уж я у вас?
Молча дала ей пачку, зажигалку и продолжила смотреть вниз.
- Как вы смотрите туда? Я боюсь высоты, мне страшно даже близко с перилами стоять
С трудом отведя глаза, я посмотрела на это миловидное лицо полное офисных забот
- А мне уже не страшно, Оль. Привыкла.
И это абсолютная правда, дневник. Сегодня я потеряла страх высоты. И единственное, что меня мучает, что прошло пять часов, а я до сих пор в своей голове подтягиваю ногу к бортику балкона.
Вот это страшно. Ну и то, что растяжку растеряла.
А остальное не в первой.
Поздравь меня с почином. С реализацией ты меня не поздравишь, пупс.
Ведь кто ты без меня? Звенящая пустышка.
А значит, я не одна такая.
До встречи!
Блог Дневник Люсии
Кстати, если вам нравятся приключения Люси, то вы всегда можете купить ее книгу. Там огонь
Если понравился текст, ставьте лайки и подписывайтесь на канал. А то пьяная Монро уже отчаивается и грустит.