Сказ о том, как романтичный Александр в Королеву Викторию был влюблён.
Александр воспитанный в духе романтизма вырос очень влюбчивым парнем.
Впервые амур поразил Александра от взгляда маминых фрейлин, естественно. Королевская чета поспешила удалить пасынка от двора, в типичном русско-царском стиле: «Езжай-ка сынок в Европу. Невесту поищи». Ну Александр и поехал. Прямиком в Германию. По традиции Русских царских мужей. Заодно Александр решил заехать в Англию, просто в гости, но не тут-то было.
Английская королева Виктория, которая была на год младше Александра, ожидала его приезда с нескрываемым интересом. Она не рассматривала его как потенциального жениха, но хотела сравнить с европейскими принцами, которых уже второй год сватал ей премьер лорд Мельбурн. Да и чисто женское любопытство давало себя знать — о чем можно говорить с принцем из громадной, но дикой России, который, поди, и слова без переводчика по-английски сказать не сможет. Королева с любопытством прислушивалась к разговорам придворных дам, обсуждавших русского принца. В Европе новости распространяются быстро, и дамы с удовольствием делились сплетнями, создавая в глазах королевы образ элегантного красавца, успевшего разбить сердце не одной европейской принцессе. Личная аудиенция, назначенная на 4 мая, показала, что дамы не преувеличивали. В дневнике королевы появились первые впечатления об Александре: «У него красивые синие глаза, короткий нос и изящный рот с очаровательной улыбкой. Я нашла Великого Князя чрезвычайно привлекательным, с располагающим приятным характером, таким естественным, таким веселым». Согласитесь, что впечатление для первого знакомства многообещающее. Встречи продолжились, королева ради них даже изменила свой рабочий график, откладывая на потом важные дела или перепоручая их премьеру. А в её дневнике появились откровенные признания: «Мне страшно нравится Великий Князь, он такой естественный и веселый, и мне так легко с ним». Свита Александра и королевский двор с волнением следили, как между молодыми людьми возникает большое чувство. И поволноваться было от чего, ведь если дело дойдет до свадьбы, один из них должен отказаться от престола, а это уже государственное потрясение. Но молодые люди, похоже, об этом не задумывались. Им было просто хорошо друг с другом. Череда балов, приемов, посещений театров позволяла им часто видеться, шокируя премьера открытым пренебрежением придворным этикетом, все-таки Виктория не какая-то принцесса на выданье, а королева крупнейшей европейской державы. К тому же начались встречи наедине, а это уже чревато серьезными последствиями. Королева же не обращала внимания на увещевания премьера и закрывала глаза на возможные международные неприятности, так как неделями не принимала не только своих чиновников, но и высокопоставленных иностранцев, включая европейских принцев. Естественно, что о романе наследника срочно доложили императору, из Петербурга последовал приказ срочно увозить Александра из Англии. Отец напомнил сыну, что тот должен стать русским царем, а не мужем английской королевы.
Но наследник все оттягивал отъезд, заставляя свиту с содроганием думать о том, что их ждет по возвращении в Россию. Наконец удалось убедить Александра и Викторию, что их отношения не могут привести к естественному для влюбленных завершению. Королева не может оставить страну, в которой благодаря ей наступил покой и порядок, а Александр не может отказаться от прав на престол, чтобы стать принцем-консортом в Англии.
Увещевания возымели действие, отъезд был назначен на 30 мая. Перед этим влюбленные последний раз встретились наедине. Они попытались проститься официально, но этого у них не получилось. Об этой встрече в дневнике королевы сохранилась запись: «Он был бледен и голос его дрожал, когда он сказал мне по-французски: „Мне не хватает слов, чтобы выразить все, что я чувствую“, — и добавил, как глубоко он признателен за столь любезный прием. … Затем он прижался к моей щеке и поцеловал меня так тепло и с таким сердечным чувством, и потом мы опять очень тепло пожали друг другу руки». На память об Александре у Виктории остались не только портрет и милые безделушки, но и подаренный гостем щенок овчарки со странной для английского уха кличкой Казбек. Псу предстояло провести долгую и счастливую жизнь рядом с королевой, чего не мог себе позволить его прежний хозяин. А Александр практически свернул свое заграничное турне, ограничившись короткими заездами в несколько государств и задержавшись только в Дармштадте, где предстояло решить ряд вопросов, связанных с будущим браком, которого он не хотел, но понимал, что придется покориться судьбе.