За годы существования психиатрии как отдельной дисциплины список болезней, находящихся в её ведении, существенно пополнился. И продолжает пополняться. С одной стороны, тут играют роль растущие возможности диагностики и неизбежно копящийся со временем пласт наблюдений. С другой стороны, процесс подогревается тщеславием учёных и докторов.
Ну как же: Кандинский и Клерамбо за собой синдром застолбили, Альцгеймер — целую болезнь; при упоминании шизофрении тут же вспоминается Эмиль Крепелин. А мы-то чем хуже? Тоже есть непреодолимое желание как-то наследить в истории медицины, и желательно без премии Дарвина.
Кем-то, вероятно, движет желание разложить всё по полочкам. Да так, чтобы все мельчайшие подробности клиники были отображены в названии. Ну примерно как в слове Hottentottenbegriffsstutzigstotternmutterbeutelrattenbedecktlattengittermörder, если кто помнит Марка Твена, уверявшего, что немецкий язык — довольно лёгкий и простой, стоит лишь заинтересоваться.
Сложно сказать, что двигало теми, кто придумал термин «киберхондрия». Что за зверь, спросите вы? Ведь в международной классификации болезней его не встречается. Тем не менее, авторы термина уверяют, что это новый вид ипохондрии. И что появилось оно прежде всего благодаря интернету.
Ведь интернет — это не только онлайн-игрушки и возможность сделать с вашим луком нечто противоестественное. Это ещё и возможность нагуглить ответ практически на любой вопрос, вне зависимости от степени его идиотизма. Вы только представьте, какое раздолье для тревожно-мнительных личностей! Это до поликлиники не будешь по три раза на дню бегать, чтобы уточнить у доктора, почему вот сейчас в животе забурчало с какими-то новыми нотками, не то что два часа назад, в зобу спирает тоже как-то необычно, да и свербит в носу явно не к добру. А интернет — он всегда под рукой. Спросил — и ужасайся себе на здоровье, вон сколько возможных диагнозов сразу предлагают. И ведь каждый можно уточнить, если вбить в поисковую строку наводящие запросы.
В общем, кое-кто из учёных предложил новый термин, и его тут же подхватили. И даже приводят диагностические критерии; то есть, киберхондрию у себя вы вполне можете заподозрить, если:
вы гуглите свои симптом слишком часто или слишком подолгу;
это стремление погуглить сложно остановить или предотвратить;
этот процесс и его результаты не успокаивают вас, а, наоборот, ещё сильнее огорчают, тревожат или пугают;
всё это в итоге снижает качество жизни, становясь её неотъемлемой деталью.
А ведь если разобраться, это всё тот же фрагмент автопортрета Фаберже, только с другого ракурса. И в лёгкой, доклинической форме у нас в институте он обзывался синдромом студента третьего курса (тогда начинали переходить от общих дисциплин к изучению собственно болезней). А задолго до того он был очень хорошо описан Джеромом:
"Как-то раз я зашел в библиотеку Британского музея, чтобы навести справку о средстве против пустячной болезни, которую я где-то подцепил, - кажется, сенной лихорадки. Я взял справочник и нашел там все, что мне было нужно, а потом от нечего делать начал перелистывать книгу, просматривая то, что там сказано о разных других болезнях. Я уже позабыл, в какой недуг я погрузился раньше всего, - знаю только, что это был какой-то ужасный бич рода человеческого, - и не успел я добраться до середины перечня "ранних симптомов", как стало очевидно, что у меня именно эта болезнь.
Несколько минут я сидел, как громом пораженный, потом с безразличием отчаяния принялся переворачивать страницы дальше. Я добрался до холеры, прочел о ее признаках и установил, что у меня холера, что она мучает меня уже несколько месяцев, а я об этом и не подозревал. Мне стало любопытно: чем я еще болен? Я перешел к пляске святого Витта и выяснил, как и следовало ожидать, что ею я тоже страдаю; тут я заинтересовался этим медицинским феноменом и решил разобраться в нем досконально. Я начал прямо по алфавиту. Прочитал об анемии - и убедился, что она у меня есть и что обострение должно наступить недели через две. Брайтовой болезнью, как я с облегчением установил, я страдал лишь в легкой форме, и, будь у меня она одна, я мог бы надеяться прожить еще несколько лет. Воспаление легких оказалось у меня с серьезными осложнениями, а грудная жаба была, судя по всему, врожденной. Так я добросовестно перебрал все буквы алфавита, и единственная болезнь, которой я у себя не обнаружил, была родильная горячка (в оригинале — колено горничной)."
А про ипохондрический невроз и, в более общем плане, про ипохондрический синдром я уже писал. И если сравнить, то нового-то в киберхондрии — только инструмент ковыряния в собственных неприятных ощущениях, который получили эти глубоко несчастные люди.
Но зато как звучит!