Они говорят, что когда ведьма умирает, она обязательно должна передать свое бремя, свое наказание-свою темную силу тому, о ком она заботилась, кого готовила. А если его там нет, то к любому, кто осмелится держать протянутую руку старухи, которая воет и бьется в страшной агонии. Если нет такого смельчака или дурака, то ведьма будет умирать долго-несколько дней, мучительно, крича в конвульсиях. Сила не хочет покидать старое, иссохшее тело ведьмы просто так. Она жаждет свежей, молодой крови. Говорят, что для того, чтобы облегчить мучения ведьмы, надо на четвертый день разобрать крышу ее дома, тогда она сможет успокоиться навсегда. Это правда...
Каждое лето я приезжала навестить бабушку в маленький провинциальный городок. Это яркие, теплые воспоминания детства. Старый дом, второй этаж с элегантным балконом, широкими перилами, коваными ажурными решетками. Тонкая занавеска, закрывающая открытую балконную дверь, раздувается легким летним ветерком и не спасает от жарких лучей солнца. Красные половицы прогрелись, и теперь солнечные лучи осторожно движутся к моей кровати.
Уже полдень, и я только просыпаюсь, наблюдая сквозь сомкнутые ресницы за пушком, который влетел вместе с Солнцем в комнату. Я жду бабушку с молоком и черникой. Это будет еще один лучший день. А вечером мы пойдем к бабушкиной подруге на липовый чай со сладкими булочками. Они старые друзья. Они будут пить чай, сплетничать, смеяться, играть в карты, раскладывать пасьянс. Я люблю бабу Настю, но все ее боятся, потому что она ведьма! Так мне сказала мать Юджина.
Я посмотрел альбом с фотографиями молодой женщины Насти и ничего от ведьмы в нем не нашел. И жила она в комнате, в обыкновенном двухэтажном деревянном доме. А кухня общая с соседями. Цветы, вьющиеся по потолку, круглый стол, скатерть с кистями, хрусталь, цветной телевизор (который в конце 70-х был редкостью и признаком достатка) - нет, абсолютно ничто не напоминало дом ведьмы. Баба Настя мне нравится!
Позже, когда я стал старше, я заметил, что моя бабушка-врач, военный фельдшер, всегда водила меня в гости к подруге, когда я начинал болеть, кашлять, капризничать. Баба Настя обняла меня, погладила по спине, по рукам, пощупала пальцами, что-то сказала, а потом обязательный вкусный липовый чай, и самое странное, что болезнь прошла, зуб перестал болеть, настроение улучшилось. Я спросил бабушку, верит ли она сплетням. Она нахмурилась, помолчала, а потом серьезно сказала::
- У нее есть дар." Рассматривать. Во время войны мы служили в одном госпитале. Настя была старшим, более опытным врачом, а я-фельдшером и видел, как безнадежно выздоравливали ее солдаты. В бинтах окровавленных, гниющих, стонущих, хрипящих, а Настя придет, погладит, пошепчет и вылезет из страдальца. А теперь к нему со всех городов едут, чтобы помог. - Бабушка улыбнулась-вон, вся комната была завалена подарками.
-Так что же она за ведьма?- Он лечит людей, помогает! Она хороша!
-Она не только угощает, - сказала бабушка, нахмурившись, - но и никому не отказывает.- Жадный до денег. А чары и порчу могут принести, и вылечить, и уничтожить.
-А чем она занимается?- мое любопытство было безгранично. Но, бабушка, как отрезало:
-Не знаю, и я больше не буду об этом говорить!"
С каждым годом бабушка все меньше и меньше разговаривала со своей подругой, и я по привычке и из любопытства спрашивала, как поживает баба Настя, как она себя чувствует. Она нахмурилась, отмахнулась от меня и ничего не сказала.
В один из томных летних вечеров, в заброшенном доме, мы с друзьями сожгли свечи, ставили зеркала друг перед другом, создавая "волшебные" коридоры, чтобы увидеть что-то таинственное и потустороннее, но ничего не получалось. И я вспомнил бабу Настю. Я ее хорошо знаю, спрошу как, она мне не откажет. Идея была великолепна, и мы бросились ее воплощать.
Бабу Настю поймали на улице возле дома. Она сидела под старой высокой липой, на широкой скамье с выгнутой спинкой, на которой влюбленные из года в год вырезали перочинным ножом сердца и свои инициалы. Вечер был темный и теплый, и из открытых окон доносились звуки фильма, который показывали после программы. Желтый фонарь освещал лавку, и мотыльки порхали вокруг нее, хлопая крыльями по стеклу, сбивая серую пыльцу. Мы с друзьями сели рядом с ней, и я начал рассказывать ей, как мы пытались колдовать с зеркалами. Она засмеялась, покачала головой и сказала, что мы дураки и все это игра! А потом, вдруг став серьезным, спросил, не страшно ли? Я сказал: "Нет, мне интересно!-И она сказала, что научит меня делать это правильно. Было приятно, что она была одной из нас пятерых, кто заговорил со мной. Это придавало мне определенный шарм в глазах моих друзей.
Дома я радостно рассказала, что баба Настя обещала научить меня правильно угадывать, общаться с духами. Но бабушка не разделяла моего энтузиазма. Она очень строго сказала мне не подходить к ней! А завтра я обещал послать телеграмму маме, чтобы она приехала и забрала меня домой! Она сказала, что Настя уже не тот человек, с которым дружила раньше. Посмотри на нее, она намного старше меня, но она не стареет! Она натворила много бед, но не хочет страдать после смерти, поэтому нашла кого-то, кто передаст ее бремя и сбросит его.
Я не помню, когда я вернулся домой, но, вероятно, я оставался там до конца лета - одного из лучших лет. Потом я больше не приезжала, потому что бабушка жила с нами, а у меня школа, экзамены. Иногда она ходила проверять свою комнату, сажала огурцы в теплице, выращивала их и приходила к нам.
И вот однажды она приехала очень расстроенная. В то лето были сильные ураганы, почти торнадо. Стихия бушевала несколько дней и ночей. Ветер ломал ветки, обрывал провода, дождь хлестал градом. А в это время в его комнате умирала баба Настя. Соседи говорили, что она так страшно кричала, рычала, выла. На четвертый день ее мучений упала высокая липа-очевидно, она уже сгнила, и ураган сломал ее. Огромные, тяжелые ветви упали на дом бабы Насти и проломили шиферную крышу прямо над ее комнатой. Ветер стих, и женщина была мертва. Бабушка приехала после похорон, и местные сплетники рассказывали мне, что Настасья сильно изменилась за последние четыре дня. Она превратилась из молодой женщины в высохшую, ужасную мумию.
Я не знаю, что правда, а что вымысел. Может быть, ведьма действительно долго не могла умереть и мучилась, а может быть, ее съедал рак, и из-за страха и глупых суеверий соседи подарили пожилой женщине мучительную смерть от рака и не вызвали скорую помощь.