На следующее утро, после работы, Виктор и Светлана шли по дороге к посёлку. Он рассказывал ей о своей молодости, шутил. Только не улыбался.
В общежитии, сделав все предварительные замеры и отметки, Виктор принялся за дело. Но у него всё валилось из рук: то шуруп не ввинчивается, то дрель не работает. О забивании гвоздей и речи быть не могло: после третьего попадания… по пальцам Виктор « послал» молоток очень далеко, а для верности зашвырнул подальше.
Тогда уже Светлана не выдержала:
-Дядя Витя, в чём дело?
Виктор помрачнел окончательно:
- Наталья в больнице. Я ей заболеть помог. Эта…(он доходчиво объяснил – кто ) посмела себя с тобой сравнивать. Давно с ней мучаюсь. А выгнать – сил не хватает. Давай тяпнем по маленькой, да я пойду. Сегодня работа не фартит.
Светлана отказалась от стопки, Виктор – от закуски.
- Захмелеть хочу.
Подумав, выпил ещё и поднялся уходить. Коварные стулья, до этого мирно давшие ему добраться до стола, начали бросаться под ноги.
- Дядя Витя! Если Вы стулья сшибаете, то лестницу Вам, точно, не одолеть. У меня – две кровати. На одной – сплю я, другую одолжу Вам. Уйдёте, когда отоспитесь.
Не заставляя себя уговаривать, Виктор, сделав пару шагов, рухнул на предложенную кровать. Через мгновение всё общежитие огласилось художественным храпом.
Стянув с Виктора штаны и, при помощи небольших манипуляций с его телом, сняв рубашку, Светлана накрыла своего горе-помощника одеялом. Весь день её прошёл под этот храп. Только к вечеру на работе смогла она отдохнуть от подобной музыки.
Виктор проснулся поздно вечером. Светлана уже пришла с работы. Назавтра она должна была прийти на поселковую ферму и познакомиться со своими новыми воспитанницами. Приготовив ужин, женщина позвала к столу. Не отказалась и от стопки.
- Вот ведь в чём дело, - начал Виктор. – Молодой был – огонь. Бабы стаями ходили. Одну и вовсе у родителей увёл, да другу отдал: больно люба она ему была. Да ничего – жили хорошо. Она потом «спасибо» говорила. Многие Хищнику «спасибо» говорили!
- Дядь Вить, какому Хищнику?
- Мне, то есть. Я по молодости Хищником звался.
- Так это о Вас мне мои ребята рассказывали! Я когда-то в юности командовала ватагой мальчишек, тоже отчаюга была. В Робин-Гудов играли. Милиции от нас житья не было. Да иногда и они «спасибо» говорили. За них всяких «гадов» наказывали. Теперь успокоилась. За семьёй смотреть надо, а не в криминальные игрушки играть. А про Вас и поныне ещё люди вспоминают!
- А ты любишь нарциссы, шоколад и гитарную музыку. Пишешь стихи, а друга твоего звали Игорь?
- Да, а…
- Когда тебе рассказывали про меня, что ты сказала? В ответ получила то же самое.
- Ответ мне не передали.
Он взял её руки в свои.
- Зря. Тогда бы не было в моей жизни Натальи.
- Дядя Витя! Вы … Ты …
Он решил, что понял её.
- Странно, судьба свела, молва повенчала, а мы оба чего-то боимся. Будь по-твоему. Ты всё равно моя девочка, а я твой старый дядя Витя. Обнять-то можно?
Прижимая Светлану к себе, он всё повторял:
- Милый мой малыш. Ты нашлась!
Светлана выскользнула из его рук.- Дядя Витя, отвернитесь. Спать будете здесь, поздно уже, а до дома Вам далеко.
Утром Светлана ушла на поселковую ферму, а Виктор принялся развешивать полки. Он так разошелся, что стало жарко. Штаны, как проснулся, он не надел: ( Светлана-то на работе, стесняться некого.) Возмущенный ранним шумом глава молодой семьи из соседней комнаты забарабанил в дверь. Не замечая открывшего, речь начал:
- Ты чё, совсем обалдел? Я тебе последнюю ногу вырву, урод несчастный!
- Приступай, сопляк – с вызовом ответил Виктор.
Молодой человек тут только увидел Виктора. Тот стоял босиком, в распахнутой рубахе и трусах, разгорячённый работой.
- Витёк, я … это … я ничего … только жена пугается, … но я ей скажу, что это ты работаешь …
Вернувшаяся Светлана услышала весёлую историю про соседа, а вечером – о себе от местных кумушек. Но теперь уже не плакала, а со смехом передала все сплетни о самой себе Виктору.
- Ну что, жена? Корми мужа. Поживу-ка я у тебя немного. Дома одному – хоть вой. Ты как? ( Светлана кивнула.). Бабки-то нас оженили.
Они ужинали и смеялись, вспоминая дневные приключения, Светланину новую работу и местные сплетни. Утром следующего дня разошлись по своим фермам.
Вернувшись домой днём, Светлана увидела Виктора. Он ждал её, сидя на ступеньках общежития.
- Дядя Витя, что случилось?
- Малыш, сходи за бутылкой. Сил нет. Потом расскажу.
В комнате он стал немного разговорчивей:
- С братом говорил. Позорю я их. Послал он с тобой отношения выяснить. А работать сегодня не дал.
Выпив стопку, лёг на кровать.
-Что-то мотор барахлит.
Светлана присела рядышком, взяла его за руку.
- Дядя Витя, ты отдохни. У меня Генкин валидол есть. Может, дать?
- Не надо, Ласточка. Вот я и говорю, что нам с тобой выяснять? Тебе твой дядя Витя не безразличен, а я … ты знаешь … а- й- и …
Он глубоко вздохнул, сильно сжав её руку. Выдохнул, уже потеряв сознание.
- Дядя Витя, что случилось? Витя, очнись!
Женщина знала, что делать в подобных случаях, но всё же испугалась за своего дядю Витю. Добившись, чтобы он открыл глаза и вздохнул, она принялась целовать его лицо. Виктор слабо улыбнулся:
- Зацелуешь до смерти.
- Ты только нашелся, а я тебя уже чуть не потеряла!
А дальше … дальше – три месяца счастья! Прогулки по вечернему посёлку, ночи … (ах, ночи!) и беспамятство двоих! Вдвоём они забывали и огромную разницу в возрасте и об оставленных ими супругах. Нет, Светлана, приезжая в редкие выходные к сыну в город, забегала на часок к Геннадию, а Виктор изредка появлялся в больнице у Натальи. Но и Геннадий, и Наталья замечали перемены в отношении к ним посетителей, объясняя это усталостью: « Одному (одной) тяжело жить в деревне», - говорили они.
В одну из встреч, Геннадий сказал Светлане:
- Скоро приеду к тебе. Последний осмотр остался. Соскучился!
Пришло время всё рассказать. Она не боялась реакции Геннадия. Даже надеялась, что после этого они расстанутся. Но ответных слов его она всё же не ожидала:
- Хорошо, что сама рассказала. Кумушки-соседки мне теперь не страшны – нового не скажут. С Натальей он не расстанется, не надейся. А что без меня не горевала – беда. Впредь мне наука – не оставлять тебя надолго одну. Ты сегодня поговори с ним. Скажи, что я приезжаю. Зла на него не держу (он усмехнулся), даже благодарен в чём-то. Но моём присутствии пусть от тебя держится подальше.
А в посёлке её уже ждал Виктор:
- Наталью выписывают. Завтра будет дома. Любавушка, а мы?
Она прижалась к нему спиной и закуталась в его руки как в шаль.
- Ты снова станешь Хищником из моих снов, а я – девочкой, любящей нарциссы из твоей сказки - молодости.
- Я весь сад нарциссами засажу! Я выгоню эту …(он снова объяснил доходчиво).
- Твоя Наталья – не лиса из сказки. Не выгонишь.
- А приходи потом к нам в гости! Не захочет тебя принимать – заставлю! Не могу я, чтоб тебя не видеть!
- Не стоит … дядя Витя!
Он зарычал, словно связанный зверь и ушел …
В ту ночь её кровать-полуторка показалась Светлане слишком большой.