Помню, как, трепеща, шел до «Гиганта», за ним срезал путь, проходя сквозь территорию ТЭЦ на улицу Чугунную. Тут и находилось вытянутое кирпичное здание, в котором располагался спортивный зал Государственного Оптико-Механического завода , ГОМЗа, а также редакция заводской многотиражки «Знамя прогресса». Коридор, раздевалка, сам зал пропитались специфическим запахом трудового пота.
Здесь в промышленной зоне ковалась слава советского спорта. Ученики Алексеева установили несколько десятков мировых рекордах в разных видах легкой атлетики, а с олимпийских игр постоянно привозили медали.
К тринадцати годам мое увлечение спортом стало носить тотальный характер. Бесконечное количество раз был просмотрен полнометражный документальный фильм про Игры 1960 года в Риме, шедший широким экраном по стране. Фильм сняли западные немцы: они объективно показали и своего Армина Хари, чемпиона в спринте, говорившего за кадром: « Я – самый быстрый человек на свете», но показали и Шавлакадзе с Брумелем, и великого марафонца из Эфиопии Абебе Бекилу, победно пробежавшего марафон босиком по раскаленному асфальту…
Отец купил мне пудовую гирю и эспандер – с ними я и упражнялся в свободное от тренировок время. Еще у меня появился резиновый бинт, я его привязывал к батарее и качал бицепсы. Первоначально в зал на Чугунной улице я ходил в младшую группу, которая собиралась за два часа до основной, когда приходили чемпионы и те, кто, как нам казалось, вот-вот чемпионами станут.
Постоянные тренировки странным образом только улучшили успеваемость в школе – спорт приучал рационально относиться ко времени. Сам процесс обучения в школе стерся из памяти. Но я отлично помню десятитомную Детскую энциклопедию оранжевого цвета, подаренную мне. Тома про историю и географию я особенно любил…
Пригласили меня первый раз и на летний спортивный сбор клуба в Центральный парк культуры и отдыха им. Кирова (ЦПКиО). Парк занимал Елагин остров – когда-то место отдыха царской семьи. Жили юные спортсмены в деревянном двухэтажном домике возле знаменитого дворца, По заказу императора Александра Первого в начале 19 века Карл Росси перестроил первоначальный дворец – теперь это блистательный пример русского классицизма в архитектуре… Юные спортсмены жили в кривоватом деревянном здание чуть в стороне от дворца. Из ЦПКиО мы ездили каждый день на стадион «Медик», а кроссы бегали по самому острову. На следующий год летний юношеский спортивный сбор проходил на базе Ленинградского военного округа в Кавголово. Там тренировались по два раза в день, а по субботам выступали на соревнованиях.
Мои дедушка с бабушкой сняли на лето комнату в ближайшем поселке, куда я приходил подкормиться. Тело росло, постоянно хотелось есть. Отец подарил мне килограммовый диск и я, найдя полянку в лесу, пробовал его метать, вспоминая, как это делали взрослые.
К пятнадцати годам я уже вымахал под сто девяносто ростом. Постепенно оформилась и мускулатура. Осенью 1965-го, тренируясь в зале ГОМЗа во взрослой группе, я уже мог похвастаться ловкостью и быстротой. На ближайших юношеских соревнованиях я стал чемпионом Ленинграда...
Юношеский опыт повлиял на всю последующую жизнь. Я и теперь считаю – любой старательный и честный труд приводит к результату. Этот типичный путь прошли тысячи и тысячи молодых людей, попавших в Школу Алексеева.
Осенью 1965 года я стал тренироваться у самого Виктора Ильича.
Через два месяца после перехода в группу Алексеева я стал чемпионом страны среди сверстников. Соревнования проходили на Зимнем стадионе и соревновались мы в двоеборье – прыжки в высоту и длину. По сумме очков я и стал первым. Дедушка и бабушка сидели на трибуне и волновались. Накануне бабушка Ирина Васильевна старательно пришивала к майке номер, а дедушка, Северин Андреевич, с не меньшей старательностью укреплял пяточные шипы на прыжковой туфле. Стоит перевести данное сообщение на современный язык. Спортивная амуниция достойного класса была в советские времена большим дефицитом. Кроссовки – роскошью. Прыжковые туфли «адидас» или «пума» - доставались только членам сборной страны. Обычным атлетам приходилось довольствоваться отечественной продукцией. Наши шиповки оказывались непрочными – пришитая фабричным способом пятка с шипами постоянно отрывалась, все время приходилось что-то изобретать, приклеивая и пришивая её обратно. Несколько лет я носил хлопчатобумажные костюмы, у которых моментально вытягивались коленки. Спортивной роскошью считался шерстяной костюм с молнией на груди. Такой я получил, когда стал кандидатом в сборную страны. В спортклубе ГОМЗа мне выдавали трусы и майки – чтобы получить новые, следовало старые сдать обратно. Получал я и синие спортивные тапочки. Кому удавалось, доставали китайские кеды – наши кеды не котировались. Высшим шиком считалось обладание синим шерстяным костюмом с белыми лампасами – такие носили только члены сборной Советского Союза. Южане готовы были заплатить большие деньги – тренируясь в Абхазии, мне неоднократно приходилось видеть мужчин вовсе не спортивного вида в таких костюмах. Особенно ценились значки «Мастер спорта СССР». Когда я стал мастером, у меня такой значок скоро украли – их также продавали в южных республиках…
Я вдруг стал спортивной знаменитостью, уважаемым человеком в школе и дома. Меня ставили в пример младшему брату. Начали выдавать талоны в столовую Дворца профсоюзов на одноименном бульваре. Туда можно было ездить после тренировок обедать, но я предпочел иной, более эффективный путь. Сдал талоны бабушке, она поехала в столовую и ей на всю сумму вручили на кухне оковалки масла, сыра, колбасы и прочей провизии. Это называлось «отовариться». При виде сумки продуктов, добытых лично мной, я осознавал блаженную гордость. Идеалы любительского спорта Пьера де Кубертена рушились на глазах.
Вне всякого сомнения, спорт в Советском Союзе являлся тем, что сейчас называют, социальным лифтом. Спортивные достижения делали человека материально независимым в раннем возрасте, поездки на соревнования расширяли кругозор, кое-кому удавалось побывать в других странах. Несмотря на все бонусы, которые давал спорт в социальном смысле, ограничения оставались. Очень редко даже у выдающегося спортсмена была возможность заявить о своих правах. Хотя такое случалось…
…В 50-х-60-годах прошлого столетия в мировой легкой атлетике появилось множество гермафродитов. Гермафродиты – это люди с некоторыми врожденными генетическими отклонениями. Внешне женщины, но местами и мужчины. Обычным женщинам на соревнованиях гермафродиты создавали проблемы. В 1958 году на чемпионате страны по легкой атлетике в толкание ядра у женщин победила, как считали многие, женщина-гермофродит. Тогда рекордсменки предыдущих лет Галина Зыбина и Тамара Тышкевич, ученицы Виктора Ильича Алексеева, отказались подняться с победительницей на пьедестал и получить награды. Разразился скандал, женщин поддержали спортсмены мужчины. Дело дошло до ЦК партии. В итоге почти десятилетней борьбы женщины-спортсменки добились создания на международном уровне медицинской комиссии. Эпоха гермафродитов закончилась…
Продолжение следует...
- Предыдущая глава
- Спасибо, что дочитали до конца! Если тебе, читатель, нравится, жми палец вверх, делись с друзьями и подписывайся на мой канал!