В школе мне запомнилась директриса – строгая сталинистка. Она организовала географический кружок, в который записывала школьников силой. Заседали юные географы у нее в кабинете и очень директрису боялись.
Потом наступил день, когда жизнь моя снова круто изменилась.
К нам на урок физкультуры пришли мужчина и женщина - Семен Максович и Мария Ивановна. Они посмотрели, как бегают школьники и отобрали нескольких в легкоатлетическую секцию. В том числе и меня. Весь класс записался в разные спортивные секции – кто в бокс, кто в шахматы. Занятия в секциях были нормой для советского школьника. В первый год я занимался два раза в неделю, постепенно вникая в новый мир спортивной романтики. Мы с товарищами доставали брошюры про великих спортсменов, про Олимпийские игры. Родители, поняв серьезность увлечения подростка, выписали журнал «Легкая атлетика» - в нем соединялись научные статьи и популярные заметки, парадные фотографии и распечатки киносъемок какого-нибудь выдающегося прыжка или броска... Каждый раз при встрече Семен Максович сжимал своими сильными пальцами мое предплечье и проговаривал несколько латинских фраз. «Моритури те салютат! - говорил он. – Тренируешься? Стараешься? Мы сделаем из тебя настоящего гладиатора!». Семен Максович вкраплял в речь латинские фразы и вот что интересно: позднее я поступил на исторический факультет Ленинградского университета и сдавал там курс латинского языка. Но если я помню сейчас что-то по-латыни, так это в первую очередь то, что повторял тогда Семен Максович.
Я уже знал, что принадлежу к ученикам Школы Алексеева, но про самого Алексеева имел представление смутное. И спустя десятилетия помню, как увидел его первый раз – тогда на Зимнем стадионе во время тренировки Мария Ивановна указала мне на проходившего мужчину: «Обрати внимание. Это и есть Виктор Ильич Алексеев». Первая реакция – разочарование. Вот этот коренастый мужчина с большой головой, залысинами, и есть тренер, чьим именем названа знаменитая спортивная школа? Чемпионы мне представлялись античными персонажами, похожими на Геракла с копьем или Давида с пращей. Да я и видел уже на стадионах больших и физически, казалось, совершенных спортсменов, на которых хотел бы походить… Разочарование, однако, длилось недолго. Оказавшись рядом с нами, Алексеев поприветствовал Марию Ивановну. Улыбался он искренне, глаза излучали силу и интерес к жизни. Энергичной и какой-то целенаправленной походкой тренер пошел дальше. Почему-то сразу захотелось проявить себя и, хотя бы в будущем, обратить на себя внимание тренера.
Собственно говоря, занимаясь в легкоатлетической школьной секции, я еще не был полноценным учеником Школы. Вначале следующей осени на стадионе «Медик», находившемся на Петроградской стороне, после детских соревнований Мария Ивановна подвела меня к Алексееву.
- Вот он, - сказала она.
Рядом с тренером стоял большой парень – косая сажень в плечах. Мне стало стыдно за свою худобу.
Алексеев улыбнулся, и я невольно улыбнулся в ответ. Мария Ивановна сказала:
- Не такой уж он робкий. Всех в группе обставил в прыжках.
Алексеев продолжал улыбаться.
- Ну-ка, пробегись.
Я пробежал по виражу стадиона изо всех сил.
- Очень стараешься, - произнес Виктор Ильич, - Надо свободнее. Видишь камушек? Ну-ка, возьми.
Я поднял камушек, улыбаясь.
- Чего улыбаешься? – Вопрос прозвучал серьезно. – Брось-ка его. Разбегись и брось через футбольное поле. Только ни в кого не попади!
Я разбежался и бросил.
- Резкий парень, - сказал тренер Марии Ивановне, когда камень перелетел поле поперек и застучал по крыше гаражей.
- И рост есть. И скорость! – повторила Мария Ивановна.
- Как учишься? – спросил Алексеев.
- Учусь, - я опять застеснялся.
- Увлекаешься чем-нибудь? Смелее, не стесняйся. – Алексеев опять улыбался.
- Книжками по истории. Читаю их.
- Теперь у нас будет свой историк! Принеси любимую книжку показать. Да и тренировочный костюм не забудь.
Продолжение тут
- Предыдущая глава
- Спасибо, что дочитали до конца! Если тебе, читатель, нравится, жми палец вверх, делись с друзьями и подписывайся на мой канал!