Тлалок сидел на грозовой туче и задумчиво смотрел вниз, на мир людей. Внизу бушевали невиданной и неслыханной силы ураганы, сметающие всех и всё. Люди – о возлюбленные люди! – превращались в обезьян, теряя искусство речи и истошно вереща. Моря кипели, и дождь шел с земли на небеса. Тлалок устроился поудобнее, продолжая наблюдать.
Заканчивалась эра Четырех Ветров, где славным солнцем сиял Кецалькоатль. Он мудро и верно освещал свои владения, но люди не смогли остаться благодарными за его деяния. Они повели себя как звери, как смешные звери, и гнев старшего Бога обрушился на них. Тлалоку было жаль неразумных, себя погубивших. Он даровал им воду, что означало жизнь, и искренне любил их. Он недоумевал искренне, отчего же в столь прекрасном мире люди не смогли жить достойно. Но то был их выбор. Их время вышло, и никто не мог с этим ничего поделать. Тлалок вздохнул, взмахивая своим посохом, и устремился в небесные чертоги. Он знал, чем закончится эта ужасающая красота, и не хотел видеть окончательную гибель людскую.
И скоро собрались старшие Боги и младшие Боги и стали судить, кому быть Третьим Солнцем, под которым вновь возродится мир. Долго думали они думу тяжелую, ведь сиять мог только достойнейший из достойных. И молвил тогда Тескатлипока, один из первейших Богов, покровитель жрецов, наказывающий преступников, повелитель звезд и холода, владыка стихий, вызывающий землетрясения:
– Дети мои, братья и сестры, друзья мои верные и соратники. Каждый из нас могущественен и мудр, и нет среди нас, кто злобу бы измышлял. Но Солнцем стать один только может, и Солнце это сиять будет ярко. Ты, Тлалок, бог благотворящего дождя и грома, огня и Юга, повелитель болезней и имеющий ключи к раю небесному, не самый старший из нас, но ты любим нами и сердце твое отдано людям. Быть тебе Третьим Солнцем и править тебе Эрой Четырех Дождей.
Затрепетал Тлалок, эти слова слушая, и склонил голову перед первым из первых. Сердце его замерло на долгий миг и снова забилось, оглушая своими ударами, как гром в его руках. И принял Тлалок свет животворящий, и стал Тлалок Солнцем и повелителем мира. Тяжело было бремя его, и взял он тогда в жены прекраснейшую из прекрасных – Шочикецаль, Цветочное Перо, богиню любви и детского смеха, царицу над цветами и хранительницу дома и семьи. Крепко любил ее Тлалок, берег как самое ценное свое сокровище. И правила эта пара долго и мудро, и расцветала жизнь под её руками.
Но съедали Тлалока его заботы неустанные, ведь не хотел он, чтобы закончилась его Эра столь печально, как бывшие до нее Четыре Оцелота и Четыре Ветра. Днями и ночами носился он между мирами: своим, небесным, земным и царством мертвых. Отвечал на молитвы в царстве земном, одаривая верных и праведных своим благословением. Орошал дождями урожаи их, и поля их, и леса их, и реки бурным течением заставлял мчаться. Проводником служил тем, кто завершал свою жизнь, и провожал их в свои чертоги небесные, вознося через самые высокие горные пики. Сурово карал недостойных и попросту глупых, низвергая их в один из девяти нижних миров. Пристально следил, чтобы не забывали люди Богов и возносили им нужную хвалу и честь, ведь прекрасно знал Тлалок, что Бог без почитателей – мертвый Бог.
И вернулся однажды Тлалок в дом свой, и поразила его тишина звенящая. Не было в доме звуков музыки, тихого шелеста шагов и даже запаха его возлюбленной. Проверил Тлалок каждый тайный угол, места любимые Шочикецаль, но нигде не нашел жены своей. И опустилась грусть великая на него, и не мог он даже рукой шевельнуть. И долго сидел так Тлалок, пока не прилетел к нему Эекатль, Бог ветров и посланник Богов, и не вопросил его, отчего на Земле засуха великая началась. Поднял Тлалок на него глаза, от горя потемневшие, и спросил его, не ведомо ли Богу ветров, где возлюбленная его Шочикецаль. И рассказал ему Эекатль, что похитил жену его Тескатлипока, прельстившись ее красотой. Что унес ее на звезды свои и что, нес пока, слышался счастливый смех Богини.
Встал Тлалок. Заклубились за спиной его грозовые завесы, заблистали в них молнии смертоносные.
– Не снесу я этого с покорной головой! – раскатился голос его громом, оглушая живых и бессмертных.
– Не быть ей больше счастливой и не любить мне более!
Тлалок поднимался к небесам, ставшим черными, темнее, чем сама темная ночь. В сердце его разгорался гнев, равный которому не суждено познать.
– Вы, люди… Вы, которым я служил верой и правдой! Вы, которым я даровал жизнь бесчисленное количество раз! Вы крали мое время, что я мог отдать возлюбленной своей, – так не будет больше его у вас!
И раскололи землю молнии. И покрылась она трещинами от раскатов грома.
– И ты, прекрасная моя Шочикецаль, смотри! Ты так любила красоту и цветы и так любила жизнь. Смотри же, Шочикецаль, что ты сделала с любовью и красотой! Не быть им больше! Никогда!
И пролился огненный дождь. И валились с неба скалы и горы, и тряслась земля, и кипели моря. И хохотал Тлалок, темный, как гроза, ослепительный, как молнии в руках его.
Так закончилась Эра Четырех Дождей, Солнцем которой был самый благодетельный из Богов.
Автор: Yako Abyss