Французский кинематограф 1960-ых годов оказал огромное влияние на авторское кино, выдвинув на первый план режиссёра-творца, рассказывающего зрителям о своих чувствах и переживаниях. Эта концепция оказалась востребована зрителями того времени, поскольку фильмы ощущались не такими сухими и стерильными как произведения голливудских студий, а от итальянцев французы отличались простыми и понятными темами.
Франсув Трюффо - один из пионеров данного стиля, рассказывающий в своих фильмах о собственной жизни. Автобиографичность превращает его работы в слепки с реальности, в которых многие узнавали себя, включались в судьбу героя и влюблялись в работы мастера. Но, способны ли эти фильмы заинтересовать зрителя сейчас? Или они остаются "классикой", интересной лишь немногим "интересующимся"?
Попробуем ответить на этот вопрос, посмотрев на дебют режиссёра - "400 ударов". Фильм не был обойдён вниманием во время своей премьеры, остаётся он востребован академическими кругами и по сей день. Но что лежит за сюжетом о детстве?
Удивительным образом, "400 ударов" оказывается фильмом, который перерастает собственные масштабы, рассказывая не только историю подросткового бунта, но и становясь размышлением о сущности свободы. В плане общего развития культуры, можно сказать, что этот фильм - одно из тех произведений, с которых начинаются 1960-ые, с их поисками человека, свободного от тех цепей, которые постепенно надевала на него вся предшествующая история.
Весь фильм - это своеобразные качели, на которых Дюанель раскачивается между свободой и несвободой. Стартовой точкой оказывается школа, как проявление системы, уничтожающей самобытность в детях. Само по себе обращение к школьным переживаниям делает мотивации персонажей максимально понятными зрителю - все мы ходили в школу, и далеко не все из нас любили это делать.
Каждое движение от несвободы к свободе усиливает давление системы на персонажа. Чем полнее он дышит грудью на воле, тем сильнее давят на него стены организаций, призванных "сделать из него человека". Финальной точкой оказывается исправительное учреждение, в котором все учащиеся одеты в одинаковые чёрные костюмы, жизнь подчинена чёткому ритму. Но и освобождение из этого пространства приводит Дюанеля в место, где он максимально свободен - на морской берег, куда он давно хотел попасть.
Но последний кадр фильма значительно углубляет смысл происходящего. Взгляд в камеру, как бы спрашивающий у зрителя: "Что дальше?". Герой не становится счастливым после достижения долгожданной свободы, и именно зрителю предстоит понять, почему.
Стремление к свободе главного героя разбивается, казалось бы, о банальную реальность. Никакого чуда не происходит, да, он вырвался из оков системы, но это очередное временное бегство. Как говорят другие мальчики в исправительном центре: "Убежать легко, но тебя всё равно поймают". Реальность такова, что вся жизнь происходит именно в границах таких системных учреждений. И это подчёркивается реалистическими деталями, которые не позволяют фильму превратиться в сказку. Зрителю постоянно напоминают, что на экране он видит окружающую его действительность, в которой существует он сам. И зритель прекрасно знает, что в этой реальности система необходима.
При этом фильм намекает, что свобода всё же возможна. Но свобода осознанная, а не сказочное стремление к абстрактной "независимости", которым движим Дюанель во второй половине фильма. По сути своей, фильм становится призывом к взрослению, не романтизирующим подростковый бунт, а сталкивающим его с реальностью, вскрывающей его беспочвенность. Главный герой в начале фильма стремится обрести именно реалистичную свободу, освободившись от давления родителей и приобретя независимость взрослого человека. Сложности, возникающие у него, связываются именно с окружающей системой, которая не даёт ему необходимой капли свободы. Таким образом, фильм указывает на возможность выхода из сложившейся ситуации.
В результате, "400 ударов" оказывается интересным произведением об извечной проблемы соотношений свободы и несвободы, их сложной диалектике, в которой оба полюса, будучи возведёнными в абсолют оказываются нежизнеспособными. Именно благодаря этой извечной теме, фильм оказывается интересным и современному зрителю, становясь большим, чем простое отражение реалий эпохи.