Напряжение в отношениях между Соединенными Штатами и Северной Кореей нарастает с 2017 года, и, несмотря на временное потепление и встречу двух лидеров, главные разногласия остались нерешенными.
Сегодня, после дерзкой ликвидации иранского генерал-майора Касема Сулеймани в Ираке, возникает важный вопрос: а не рассматривает ли Трамп такой же сценарий и для высшего руководства Северной Кореи?
Давайте вспомним, что произошло той злополучной ночью
Ракетный удар был произведен глубокой ночью, когда миллионы иракцев спали. Самолет генерал-майора приземлился в международном аэропорту Багдада после полуночи. Сулеймани спустился по лестнице в машину ожидания, где встретил заместителя командующего Народными мобилизационными силами Ирака Абу Махди аль-Мухандиса.
Спустя 9 минут американский беспилотник MQ-9 (жнец), находившийся в воздухе над аэропортом, выпустил ракеты по целям. Сулеймани и Мухандис погибли на месте. С тех пор мировое сообщество не перестает бурлить и обсуждать последствия случившегося.
Реакция мирового сообщества
Убийство Сулеймани оказалось шокирующим событием не только с точки зрения политики США – Джордж Буш и Барак Обама – два предшественника Трампа рассматривали этот вариант, но в конечном итоге отвергли его как слишком рискованный. Это также привело к тому, что многие политики внутри и за пределами США пересмотрели свои прежние представления о президенте.
Например, бывший посол Франции в США Жерар Аро заявил Bloomberg News, что «американцы теперь совершенно непредсказуемы». Натали Точчи старший советник бывшего главы внешнеполитического ведомства Европейского Союза Фредерики Могерини, назвала политику США «более безрассудной», чем она было во время вторжения США в Ирак.
Гипотеза
Все это приводит к интересной гипотезе: если напряженность между Соединенными Штатами и Северной Кореей не снизится, рассмотрит ли Трамп вариант ликвидации представителя высшего политического руководства Северной Кореи?
В обычной ситуации это был бы глупый вопрос. В соответствии с законом, Вашингтон не может покушаться на жизнь государственных чиновников других стран, если только этот человек не работает на правительство, участвующее в военных действиях против Соединенных Штатов. Никогда в истории американский президент не рассматривал такой вариант развития конфликта хорошей идеей.
Причины очевидны: убийство должностного лица, представляющего ядерное государство, может привести к радикальным ответным действиям, которые способны перерасти в неконтролируемый ядерный обмен. Так, например, взаимное гарантированное уничтожение сдерживало конфронтацию США и СССР.
У Северной Кореи нет такого количества ядерного оружия, как у Советского Союза, и она даже рядом не стоит с другими ядерными державами, такими как Франция (300 боеголовок), Великобритания (215) или Пакистан (150). Текущие оценки запасов ядерных вооружений Пхеньяна колеблются где-то между 30 и 60 боеголовками.
Однако ядерное оружие – это ядерное оружие
Даже один взрыв нанес бы огромный ущерб, убив сотни тысяч человек, вызвав политический паралич, экономические разногласия и панику среди населения. Это не тот путь, который выберет любой ответственный лидер.
В итоге, президент должен спросить себя, имеет ли смысл ликвидировать высокопоставленного политика, если такие действия могут привести к разрушениям и огромному ущербу репутации. Убийство Сулеймани было невероятно рискованным шагом, хотя Иран и не мог ответить ядерным ударом. Попытка ликвидации лидера Северной Кореи, скорее всего, выходит за рамки допустимых действий.
Наталия Весельницкая – официальный сайт