События напоминали лавину, сошедшую с гор. Стремительно и бесповоротно разобрались со всеми причастными к воровству. Им выразили недоверие, как сказали бы где-нибудь в верхах, по-простому же вызвали в отдел кадров и заставили написать заявление по собственному желанию. Не погружаясь в истеричные сопливые рассказы, и не вдаваясь в подробности, кто больше виноват, а кто меньше. Схема хищения оказалась проста, как колумбово яйцо. Сырье понемногу не докладывали в купаж, с тем расчетом, чтобы анализ лаборатории сошелся в нижнем пределе. Накопленное за смену высчитывали и смело забирали себе. Бесконечные перетаскивания с места на место замыливали глаз наблюдающего, в итоге под камерой изображалась работа, а вне камеры, в тихом укромном уголке, кипела жизнь. Там темные силуэты мелькали с немыслимой скоростью, организовывая очередной поддон «с мусором». Всю ночь неугомонный карщик возил в тележку «товар», утром довольные подельщики ушли домой. Единственное, чего они не учли, это настроени