Credo in Unum Deum — c таких слов начинается латинский вариант символа веры. Уложения всех непреложных истин правоверного христианина. Верую в Единого Бога. И хотя сам я атеист, и религия для меня на очень далекой периферии, меня отчасти берет зависть перед христианами. Им правила жизни даны по определению, а мне приходится их где-то искать.
В моем возрасте принято страдать от кризиса четверти жизни, но ему попросту некуда вклиниться. Всю мою жизнь занимают работа, быт, еда и сон. А еще иногда творчество. Всякие вечные вопросы меня не колеблют. Однако выработка личной морали, каких-то ценностей, которые в дальнейшем станут краеугольным камнем моего мировоззрения — решение скорее неизбежное. Безотлагательное.
Как мы формируем систему ценностей?
На начальных этапах жизни, пока нет представлений ни о ней самой, ни о процессах, происходящих в обществе, ни о его изнанке, вполне нормально собирать мировоззрение. Из искусства, традиции, религии, суб- и псевдокультурных явлений. Формировать какой-то костяк, вокруг которого можно сгуститься и не распадаться. Но время и опыт (если он правильно усвоен) приносят немало знаний. Выясняется, что искусство изменчиво, традиция отстает от времени, Бога нет, а суб- и псевдокультуры создали такие же люди, как и мы сами.
В таких ситуациях единственно верное решение — ковать собственный стержень. Отметать иллюзии, популистские клише и ошибочные веяния. Подбирать взгляды последовательно, деталь к детали. Каждый человек в итоге приходит к чему-то своему. Одни ценят семью, другие кладут жизнь на алтарь карьеры или гражданского долга (как его сами понимают), третьи видят себя в саморазвитии, охотясь за новым опытом и впечатлениями. У Большой Игры единственное объективное правило — нельзя забуревать. Иначе жизнь превратится в ожидание смерти.
Какие ценности я выработал для себя?
- прежде всего, мне необходимы рассудительность, самообладание и честность. Первое качество поможет выбрать правильную линию поведения из множества. Второе — придерживаться ее вопреки обстоятельствам. Третье — не скрывать своих намерений от окружающих;
- я не должен бояться боли и зацикливаться на потерях. Они будут в любом случае, и оставлять их в памяти надолго — саморазрушительный путь. Извлечь опыт и усвоить его — максимум, что заслуживает болезненное прошлое. В моей жизни нет ни одного эпизода, когда самокопание сделало меня лучше;
- я не должен ожидать счастья и возлагать на мир надежды. Мир не для меня строился и моей смертью не закончится. Надеясь на мир и считая, что он обязательно принесет что-то полезное в его жизнь (введет в нее лучших людей, даст лучшее место работы и сложит ход вещей именно так, как надо), человек вступает на опасную тропу потакания своим иллюзиям. Я так не поступлю. Общество из без того немало вводит меня в заблуждение, накладывая искажающие восприятие призмы. Незачем создавать иллюзии еще и для себя самого;
- я не должен применять силу ни для чего, кроме как для подавления чьей-либо жестокой воли. Я знаю, что моей силы достаточно, чтобы решать конфликты грубым проломом барьеров. Именно поэтому мне необходимы внутренние ограничители. Любая сила должна дополняться пониманием того, где ее корректно применять. А для этого уже нужна эмпатия. Сила без эмпатии делает из человека преступника. Эмпатия без силы — уже жертву.