Эстонская народная сказка
Однажды мышь стала хворать — свежего воздуха в чулане стало хватать. Побежала она к своему старому другу воробью посоветоваться, как ей быть.
— Зачахла я, — говорит, — в своем чулане. Свежего воздуха не хватает. Вредно мне чулан сторожить — надо бы чем-нибудь другим заняться.
— Давай землю пахать, да ячмень сажать — предложил воробей.
— Давай! — обрадовалась мышь.
Вот вспахали они вдвоем поле, посеяли ячмень, сидят — ждут урожая.
Ячмень уродился на диво — зерно к зерну и высокий, как лес. Мышь скосила ячмень, воробей обмолотил — целая гора зерна у них набралась, крупного, золотистого. Осталось лишь поделить урожай, чтоб никому обиды не было.
Делили урожай по зернышку: мышь раскладывала их на две кучки, а воробей сидел рядом и следил. Каждому досталось столько, что в пору амбар было строить. Но одно зернышко осталось лишним — не было ему пары. И мышь сказала:
— Так и быть, возьму его себе.
— Как так себе? За что? — рассердился воробей.
— За что? Да за косьбу, — говорит мышь. — Ведь я косила!
— А я молотил, — не уступает воробей. — Думаешь, легко мне было? До сих пор все косточки ноют.
— Подумаешь! — говорит мышь. — Я ведь не только косила, я еще и зернышки раскладывала. Это зерно мое!
— Нет, мое! — говорит воробей. — Тебе легко было зернышки раскладывать, ведь я за тобой следил.
Целых семь дней они спорили и так ни до чего не доспорились.
И тогда пошли они к судье — медведю.
Медведь был уважаемый господин: сел на свою телегу, приехал судить двух старых друзей. Сперва он выслушал, как было дело. Потом попросил времени на размышление и забрался на весь день в ольшаник, где было не так жарко. Там он и размышлял, и до того усердно, что кусты от храпа дрожали.
Вечером косолапый проснулся и вынес решение.
— Все должно быть справедливо, — сказал он, — и поэтому вы должны разделить это лишнее зернышко на две половинки.
А весь остальной урожай погрузите на мою телегу. Не даром же я трудился — ваш спор разбирал.
Мышь и воробей поняли, что с судьей спорить лучше не надо: весь урожай погрузили медведю на телегу, а себе лишь одно зернышко на двоих оставили.
Землю они больше не пашут, но дружат по-прежнему. И когда встречаются, воробей всегда спрашивает:
— Помнишь, мышка, какой у нас ячмень уродился?
— Еще бы не помнить! — отвечает мышь. — А помнишь, как хорошо медведь нас рассудил?
— Еще бы! — говорит воробей. — Такого не забудешь!