Здравствуйте, у микрофона адвокат Константин Бубон.
Сегодня я хотел бы продолжить разговор о Конституции России и остановиться на том, как нам стоило бы понимать такой термин как суверенитет. Казалось бы, этот вопрос давно утратил актуальность. Колониальная эпоха закончилась, а вместе с ней ушла в прошлое и проблема самостоятельности наций.
Тем не менее, в актуальной российской политике время от времени вопрос суверенитета поднимается с такой страстностью, как будто орды хана Батыя вот прямо сейчас штурмуют столицу. С чем это связано?
Прежде всего стоит оговориться, что согласно Конституции, носителем суверенитета в стране является народ. Именно он и есть та самая инстанция, которой принадлежит политическое верховенство. В этом смысле нация может утратить суверенитет не только в связи с завоеванием извне. Суверенитет может быть утрачен и по причине установления внутренней диктатуры, которая узурпирует власть и лишает граждан страны принадлежащего им политического верховенства.
Иными словами, вопрос суверенитета в современном мире – это не в последнюю очередь вопрос участия людей в определении их совместного будущего. Для того чтобы ответственные граждане могли в полной мере проявить свою волю, они наделяются правами и свободами.
Часто можно слышать, что российскому суверенитету угрожают подписанные российским руководством международные конвенции. Почему некоторые люди высказывают такую точку зрения? Давайте разберёмся.
Часть четвёртая статьи пятнадцатой Конституции устанавливает, что нормы международного права являются составной частью правовой системы нашей страны. Если в том или ином случае выявляется противоречие между национальным законом и международным договором, то применяется норма международного права. Почему-то именно эту статью Конституции слишком часто и не очень обоснованно связывают с вопросом российского национального суверенитета.
Дело в том, что система международных конвенций в последние сто лет формировалась вовсе не по прихоти каких-то отдельных людей. Международное право нередко буквально писалось кровью. Самым страшным уроком истории двадцатого века стала, конечно же, Вторая Мировая война.
На этом примере человечество усвоило урок, что суверенное государство вполне способно установить у себя самые бесчеловечные правила. То есть суверенитета там будет сколько угодно, но вся система в целом будет не совместима с разумной жизнью.
Именно это и побудило международное сообщество искать какие-то общие минимальные стандарты, которые не позволяли бы отдельным народам впасть в дикость и людоедство. На фоне этого печального опыта четвёртого ноября тысяча девятьсот пятидесятого года была подписана Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод. Вот, пожалуйста, пример документа, который подлежит первоочередному применению по сравнению с нашим внутренним законодательством.
Только в этом нет ровным счётом никакой угрозы суверенитету. Конвенция запрещает пытки и рабство, защищает жизнь, достоинство личности, право собственности, свободу выражения мнения и многие другие важные права и свободы.
Посудите сами: если в цивилизованном мире возникнет государство, поощряющее пытки, отрицающее право собственности и подавляющее обмен мнениями между людьми, то в этом случае ведь довольно смешно говорить о каком-то суверенитете. Установление кровавой диктатуры всегда означает, что граждане потеряли контроль над своим государством, то есть высший политический субъект, нация, уже утратил свой суверенитет.
С этой точки зрения можно рассмотреть любой из международных договоров, в которых участвует Россия. При этом следует помнить, что угроза для национального суверенитета заключается вовсе не в тех правах, которые принадлежат людям. Она заключается в бесправии этих людей. Всегда следует помнить, что именно государство существует для граждан, и ни в коем случае не наоборот.
У микрофона был адвокат Константин Бубон. Всего вам доброго
