История девятая, в которой Макс узнает о вампирах, а Клодия страдает из-за любви и камней
Вечерняя дымка опустилась на город. Макс неторопливо шёл по аллее, пиная носком кроссовка попадающиеся на дороге камни, и думал, куда двигаться дальше. Не по парку — по жизни. «Засада. Куда не разверни, везде плохо. Там сервак слетел в ноль — вот, честное слово, лучше бы я собственную руку сожрал, чем так прошляпить. А здесь ничего не падает, все работает. Атаки идут, конечно, но с моими защитами — детский сад. Короче, как заказывал. Но дальше тупик. Крыша едет. Хочется, чтобы эта лафа уже закончилась. Но кому подавать заявку на возвращение к свершившейся жопе мира, то есть к упавшему серверу, не ясно».
Размахнувшись посильнее, Макс шандарахнул по лежавшему впереди булыжнику. Спустя мгновение услышал чьё-то недовольное «эй» и поднял голову. В трех шагах от него на деревянной скамейке сидела готичного вида девица и раздраженно отряхивала длинную черную юбку. Пострадавшая зыркнула на парня из-под смоляной челки жёлтыми кошачьими глазами.
— Ты не мог бы играть в футбол где-нибудь в другом месте?
Макс развел руками.
— Слушай, прости, я тебя не заметил. Задумался.
— О чём тебе думать-то? — она придирчиво окинула его взглядом и хмыкнула. — Сильно огорчу, если скажу, что ты не похож на человека, который умеет пользоваться мозгом?
— Даже наоборот, — просиял Макс и развалился на лавке рядом с девушкой, ликуя, что наконец встретил, кажется, нормального живого человека. Он закурил. — Значит, считаешь меня дебилом?
— Это не я сказала, — она ненадолго задумалась, опустив густо накрашенные чёрным веки, а после произнесла, как показалось Максу, смущённо: — Мне вообще-то некогда болтать. У меня... дело тут.
— Нет! Пожалуйста, нет. Я, может, тебя целую вечность ищу в этом треклятом городе. Скажи хоть, как тебя зовут.
— Клодия, — с придыханием сообщила девица и резко повернулась к сисадмину.
Склонив голову вправо, она придвинулась к нему, повела носиком, будто принюхивалась, дотронулась пальцами с чёрными ногтями до его щеки и разочарованно отвернулась.
— Не вампир.
— Чего?!
От неожиданности Макс подавился дымом сигареты.
— Чего, чего. Не вампир, говорю, — она поднялась и побрела вдоль аллеи.
Макс поторопился за ней.
— А должен был?
— Не ты, конечно, — сердито кинула Клодия, — но вообще должен, да.
— Ааа, — иронично протянул сисадмин, — ты из этих, вампирских фанаток что ли?
— То есть?
— Ну... Забирай меня скорей, увози за сто морей и кусай меня везде, я теперь твоя ваще! — переделанными словами из старой попсовой песни промурлыкал он и заржал.
Клодия обиженно отвернулась.
— Да ладно тебе, — Макс легонько толкнул ее в бок. — Так ты пожелала себе вампирёныша что ли?
Подбородок девушки вздёрнулся.
— Что значит пожелала? Он есть. И не только он. Всегда были, — с гордостью сказала Клодия. — Ты знаешь, что вампиры — самый древний и совершенный народ.
— Да ты что? — парень наигранно схватился за сердце.
— Зря не веришь, — усмехнулась она.
— Ну, допустим, верю, — он закатил глаза. — Ты ради своего прекрасного вампира так разоделась?
— Нет. Я всегда так выгляжу. Я не принадлежу этому миру... ну, человеческому. Понимаешь? Он мне чужд. Мир хладных демонов — вот мой дом.
Макс с трудом подавил смешок. Вот тебе раз. Может, второй живой человек за всё время здесь, а ведь тоже сдвинутая. Засада.
Тем временем Клодия продолжала:
— Конечно, я могла бы взять образ Беллы1 или Елены2, но они так скучны и невзрачны. Поэтому я решила остаться собой и показать истинную суть.
— Угу, а глаза чего жёлтые, как у оборотня? Выбиваешься из концепции.
— О, духи! Ну как можно быть таким необразованным? Разве ты не знаешь легенду о вампирах, которые отказались от человеческой крови. Эта жертва отразилась и на их внешности — цвет глаз стал золотистым.
— Ты меня извини, конечно, но твои глаза, как у кошки.
— Ну... ну, я линз подходящих не нашла!
— Окей, окей, не злись, — Макс выставил руки ладонями вперед.
Клодия фыркнула.
— Ну так и чего? Где твой древний совершенный вампир?
— Где-то здесь, — мечтательно вздохнула вампиресса. — Это очень романтическая и немного грустная история. Знаешь, я никогда не видела его, но люблю. Чувствую, что он следует за мной, где бы я ни находилась: в магазине, на улице, в метро...
— Здесь есть метро?! — ошарашенно выпалил парень.
— Что? — покосилась на него девица.
— А, забей. Душещипай дальше.
— Ну вот, так длится уже давно. Знаю, он рядом, высматриваю в толпе его лицо, но не нахожу. А сегодня мне показалось... В общем, я уверена, что сегодня он придёт ко мне, и мы наконец воссоединимся. Наши сердца больше не будут страдать в разлуке.
Клодия произнесла последнюю фразу так трагично, что Макс, забыв, что изображает серьезного слушателя, чуть не начал аплодировать. Но вовремя спохватился.
— Ясно. Сердца, воссоединение... а о чём ты мечтала до того, как мир захватили кровососы?
— До того? — в недоумении спросила девушка. — До того ничего не было. Вампиры существовали всегда.
— Где твои родители? Друзья? — не отставал парень.
— У меня... у меня никого нет. И не было никогда! — испуганно проговорила Клодия.
— Но это же неправда. Кто-то всегда есть. Подумай.
Девушка собралась ответить, но вдруг справа от них раздался шорох и хруст. Оба развернулись в сторону звука. Ветки кустарника шевелились, будто кто-то или что-то пыталось пробраться из зарослей на дорожку.
Макс заметил, как его спутница часто задышала, приложив руки к пышному декольте.
— Это он, я знаю, — прошептала она.
И точно. Спустя пару минут и десяток сломанных веток из кустов появился взъерошенный, облепленный листьями персонаж, который напоминал скорее исхудавшего больного лешего, нежели влюблённого вампира. Он держал руки за спиной, переминался с ноги на ногу и кряхтел. Клодия сделала шаг навстречу своей любви.
— Ты пришёл за мной, любимый!
— Окстись, мон амур. Посмотри на него. Он не настоящий. Это же просто трёхмерный болванчик на ножках. Тебя дурят!
— Ты просто ревнуешь, — выдохнула девица.
— Я что? Да ну тебя.
— Уходи, — не поворачиваясь к Максу, бросила Клодия и снова обратилась к чуду из кустов: — Ты пришёл за мной, любимый?
Любимый в ответ, заметно прихрамывая, шагнул к вампирессе.
— Ты, — просипел вампир, закашлялся и продолжил: — задолбала.
От такого обращения Клодия остолбенела. Максу же развитие любовной линии показалось интересным.
— Сколько можно шастать по местам, — хрипел вампир, — где полным-полно людей? Я устал и проголодался.
— Прости, любовь моя, — драматично произнесла девица. — Как я могу загладить вину?
— Можешь.
Тотчас вампир подлетел к избраннице, вытащил из-за спины руку с зажатым в ней кирпичом и саданул припрятанным стройматериалом по затылку любимой. После этого вцепился зубами в шею Клодии и, чавкая, потащил вампирессу в кусты.
— Вот тебе бабушка и Юрьев день. Так и знал, — только и смог проговорить сисадмин.
Он тоскливо пялился на кусты еще минуты две, а потом свернул на дорожку, которая уходила влево, в глубь парка. «С этим дурдомом нужно что-то срочно делать, — думал парень. — Еще немного, и у меня самого крыша потечёт».
Скоро тропинка вывела его к той части парка, которая строилась, судя по антуражу, для семейного отдыха. Макс разглядел несколько песочниц и качелей в центре площадки, а по периметру стояли четыре белые просторные беседки, укутанные тенями деревьев. Из той, что расположилась ближе всего, доносились тихие голоса. Недолго думая, парень направился туда.
В свете уличного фонаря он увидел тех, для кого собственно и предназначался райский уголок, — семью, приятно проводившую время. Странно только, что происходило сие в преддверии ночи. В центре беседки возвышался рояль, за которым сидел мужчина в темном костюме. Он не играл, а, облокотившись на инструмент, что-то говорил женщине, сидевшей перед ним. Рядом с парой крутилась маленькая девочка. Все трое казались довольными, хоть и были изрядно потрепанными и, что самое главное, выглядели, как настоящие. Макс остановился у входа.
— Добрый вечер. Не помешаю?
Семья удивлённо посмотрела в его сторону.
— Есть разговор.