Маги тоже плачут

Бац! Торчащая на заборе кринка разлетелась мелкими брызгами. И это было только начало.
- Ну, поди, поди сюда! – Мерлин, сделав обманное движение, подался вперёд, стараясь ухватить Молли за закрученный бубликом хвост.
Молли – полувзрослый щенок смешанных кровей – проворно отскочила, припала на передние лапы и весело завиляла своим бубликом. Игра ей, безусловно, нравилась.
Сзади, за спиной Мерлина, весело вспыхнул и, объятый фиолетовым пламенем, с треском рухнул бревенчатый сарай. Искры фонтаном взлетели в небо.
- Ну с-сука! – Мерлин снова попытался изловить собаку и опять потерпел неудачу. Отскочив в сторону, негодная Молли, склонила голову набок, отчего одно её ухо встало домиком, а второе повисло до самой земли.
Что-то шумно захлопало над головой, раздалось изумлённое блеянье, и Мерлин с тоской проводил глазами свою лучшую белоснежную ангорскую козочку, улетающую на вновь обретённых крыльях куда-то в сторону пролива.
- Молли, я тебя – мерзавку, как человека, прошу: отдай!
Молли склонила голову на другой бок, с интересом прислушиваясь.
Мерлин сел в пыль и несколько минут  с чувством высказывал собаке всё, что о ней думает. Молли благоговейно слушала. Решив, что достаточно усыпил её бдительность, Мерлин внезапно  метнулся вперёд, норовя хоть животом  придавить поганку к земле.
 Снова мимо. Молли увернулась. Совсем потеряв голову, Мерлин погнался за ней, улепётывающей со всех ног, вокруг двора.
Разноцветный туман клубился вокруг. Молнии сверкали над головой. Какие-то радужные сферы беспрерывно возникали и с шумом лопались. Стараясь не думать о возможных последствиях, Мерлин кидался за собакой то влево, то вправо. Стая летучих мышей с маленькими позолоченными горнами вилась над его вспотевшей лысиной. Гигантский комар, быстро перебежав двор, схватил под мышку супоросую свинью. Ошеломлённый петух сел на хвост и забористо выругался. Два серых гусака, сцепившись рогами, дрались из-за чудесной оранжевой лягушки в домотканых портах.
- Отдай! Ну, отдай же! – вопил Мерлин. – Дрянь хвостатая! Дура! Отдай немедленно!
Он схватил с земли камень, сразу же, как бахромой обросший шевелящимися лапками, и метнул, целя суке в лохматый зад.
Попал. Камень проворно, цепляясь за шерсть, вскарабкался Молли на спину, пробежал вдоль позвоночника, стукнул на прощание по носу и так же точно, как давеча коза, скрылся в небе.
 Этого Молли не ожидала. Она обиделась. Пасть её, наконец,  раскрылась.
- На, подавись, жадина! – услышал Мерлин хрипловатый голос откуда-то из недр собачьей гортани, и, погрызенная и обслюнявленная, волшебная палочка упала в пыль.